Книга Кровью и жизнью, страница 52 – Елена Владимировна Добрынина

— На-ка, попей воды, — Алисия ловко подсунула мне под пос стакан и помогла его придержать. Сама бы я сейчас вряд ли с этим справилась. — Видишь, все в порядке, это просто сон..

Я кивнула. Да.. просто сон.. просто очередной демонов кошмар.. из чьей-то реальной жизни. А через мгновение на меня снова накатили воспоминания, и пришлось опять пить воду, стуча зубами о стекло, и она снова оказалась солоноватой на вкус. Успокаивалась я еще долго. А заснуть этой ночью и вовсе не получилось.

Прошло две недели. Снов мне больше не снилось, чему я была только рада. Дар мой по-прежнему отказывался проявляться, даже крошечного листика на растении мне так и не удалось вырастить с его помощью. Тем временем мои одноклассники уже перешли к работам в отдельных теплицах, где лечили или восстанавливали отдельные части растений (это более тонкая и поэтому более сложная работа). Взгляды мэтра Далтона, бросаемые на меня, день ото дня становились все мрачнее и мрачнее. А уж после того, как мне в очередной раз измерили уровень дара, и оказалось, что он подскочил до четырех с хвостиком единиц, наставник решил взяться за меня всерьез.

В итоге почти каждый день после обеда по часу, а то и больше, я под его руководством проводила в мучительных попытках активировать дар виталиста. И упражнения становились все изощреннее : то я должна была долго концентрироваться на своих ощущениях, то, наоборот, приходилось делать все быстрее и наобум. Как-то раз мэтр Далтон даже специально напугал меня, подкравшись и громко крикнув в тот момент, когда я сосредоточенно пыталась ощутить пульсацию ладоней, поднесенных к ростку. Эффекта все равно не было (нужного, я имею ввиду, так-то эффект от последнего упражнения выразился в том, что я от неожиданности подскочила, отдавив ножкой стула ногу мэтру и заодно легким взмахом руки разбив горшок с испытуемым растением ).

Свободное от занятий и уроков время я проводила в библиотеке, готовясь к дополнительным занятиям по истории, а также (и это, разумеется, было основной причиной) пытаясь найти хоть какую-то информацию, способную пролить свет на события моего последнего сна. Гибель сильнейшего мага воды, главы рода да еще при таких странных обстоятельствах должна была быть зафиксирована. Но ни в энциклопедии по истории магии, ни в учебниках истории я подобного не нашла. И это расстраивало ужасно. Очень бы многое отдала, чтобы узнать, остались ли они живы после тех событий, их полные имена, и что именно меня с ними связывает.

О последнем я думала много, но как-то вразнобой, урывками. Слишком много было суеты вокруг, незаконченных дел и событий. Единственное, что мне было понятно: соединительной нитью между мной и ребятами из моих снов был мамин медальон — простенькое и даже грубоватое серебряное украшение, из которого Лай сделал некий артефакт, связывающий их всех. Информация... Мне жизненно не хватало тех кусочков информации, из которых можно сложить всю картинку целиком.

Неожиданную помощь мне, сама того не ведая, оказала мне мэтрис Роджерс — наша преподавательница истории, по совместительству проводящая дополнительные занятия по предмету. На первом же таком занятии помимо внушительного списка исторической литературы, которую надо было прочесть в дополнении к основному курсу, она обязала нас завести специальные альбомы, куда мы должны были еженедельно вклеивать значимые с нашей точки зрения вырезки из свежих газет, ибо «именно эти, привычные для вас новости, со временем сформируют то, что мы зовем историей». На этих словах меня и осенило: я не там искала, совершенно не там. Энциклопедии могли что-то скрывать (если ничего значимого с научной точки зрения герои моих сновидений не открыли). А вот газеты тех времен молчать о подобных происшествиях не стали бы. Значит, мне нужно отыскать подшивку газет той поры. Окрыленная, я еле дождалась конца занятий, чтобы, побросав в сумку вещи, поспешить в библиотеку.