Книга Блюз серых лисиц, страница 197 – Елена Владимировна Добрынина

— Кстати, где мой помощник? – спросил Уэйн, не отвлекаясь от своего занятия. – Я отправил его за тобой, неужто разминулись?

— Кулин проводил меня до ресторана, – ответил я, следя за каждым действием музыканта. – Потом ему пришлось кое-что мне отдать. Это кое-что – у тебя в руках.

Я решил, что знать подробности этой истории моему собеседнику ни к чему.

Уэйн прервался, еще раз внимательнее изучил навершие флейты и нахмурился.

— Донни нужен мне живым, – пояснил я ему так невозмутимо, как только мог. – Охотник готов мириться с моим присутствием только на этом условии, – и развел руками.

Взгляд Доэрти стал крайне заинтересованным:

— А ты, оказывается, куда расчетливее, чем я думал.

Мне тоже было чему удивляться: расстроенным мой визави не выглядел.

— Тебе не жаль Кулина? – спросил я.

— Немного, – кивнул он, подумав. – Я собирался сделать из него козла отпущения, но... – тут глаза его вспыхнули, и он неожиданно рассмеялся, заразительно, закидывая назад голову: – Но так вышло даже лучше! Ох, Арчи, жестокая ты сволочь, дорого бы я отдал, чтобы посмотреть на лицо Господина каких-то там Кошмаров, когда он поймет, что его бесценный ученик собственноручно прикончил фейри, чтобы помочь... как вы там меня называете – горлодеру? И это после всего, что он для тебя сделал... Лучше бы ты его убил, ей-богу.

Сколько раз я сам говорил себе нечто подобное. Но в устах Уэйна правда звучала беспощадно и хлестко. Я в очередной раз стиснул зубы – и ощутил во рту солоновато-ржавый вкус крови.

Музыкант прямо-таки наслаждался моей реакцией: игра в кошки-мышки продолжалась.

— С другой стороны, с Охотником и впрямь лучше не шутить. Ничего, скоро он будет тебе не страшен.

Это было сказано так, словно мне оказана великая милость. «Ну-ну». – Ты появился вовремя, Арчи: уже сегодня успею передать всем жителям Чикаго горячий привет в радиоэфире. Запомни этот день!

Маленькая обжигающая молния прошила позвоночник вдоль и взорвалась фонтаном искр в черепной коробке.

«Что по-твоему он собирается делать с флейтой? Выйти на Мичиган-авеню и дать концерт?»

Вот о чем ты говорил. Радио, ну конечно, радио!.. Отдельный концерт, пусть даже в огромном зале, услышат сотни человек, трансляцию радиопередачи любимой станции – десятки и сотни тысяч... И все они станут на шаг ближе к Тьме.

Нельзя этого допустить! Надо найти способ остановить Уэйна. Но как? Как, черт возьми, это сделать? Я вдруг понял, что имею весьма смутное представление о том, как вообще убивают таких созданий. На этом месте в моем в плане зияла огромная дыра.

«Думай, Грейстон, думай.. А пока думаешь, – изворачивайся, лги, пользуйся тем, что ничто человеческое тебе не чуждо».

— Cчитаешь, что Ловчий и остальные сидхе послушно сидят у радиоприемников? – спросил я едко.

Самозванному божеству это не очень-то понравилось. Он даже работу свою отложил.

— Разумеется, нет. Ты не понимаешь одной простейшей вещи. – Он наклонился ко мне и пояснил снисходительно: – Фейри очень чувствительны к музыке. И не зря. Музыка строится на звуках, как и слова, но – не содержит Слова, уловил? Ты ведь знаешь, как происходит радиопередача? Сигнал преобразуется, усиливается... Усиливается, Арчи, и многократно. Каждый фейри сам по себе – отличный приемник, только обычно они, как бы это сказать... глушат сигналы. Но вот с этим, – он нежно погладил флейту, – им не представится такого шанса. Жаль только моих сил не хватает пока на то, чтобы поставить на колени весь их зарвавшийся народец. Но ничего, это только вопрос времени, Арчи... Исключительно вопрос времени.