Книга Блюз серых лисиц, страница 29 – Елена Владимировна Добрынина

Зато каких созданий там только не было. Я просмотрел оглавление: все сущности делились на три вида: сущности Холмов, исчадия Тьмы и прочие мракобесы. Хм.. Кажется, у меня появились догадки о составителе этого справочника.

Теперь каждую свободную минутку я изучал «Перечень», и это оказалось крайне полезным чтивом.

Шел третий час, когда Райан меня отпустил.

— Хватит с тебя на сегодня, парень, – сказал он. – Народа немного, иди-ка отдохни. Наверху есть комната специально для этих целей.

Но я решил, что лучше отправлюсь к себе. Пройдусь, заодно освежусь. Тем более что в конце квартала есть возможность даже в такое позднее время нанять такси. А что до темноты – я ее никогда не боялся, только тех, кто может в ней затаиться.

Улица действительно не спала – огни баров и варьете горели всеми цветами, по улицам сновали девицы, шумные компании и перебравшие завсегдатаи подобных мест. Свободных машин не оказалось. В ожидании я решил немного прогуляться – и тут мое внимание привлек странный отблеск вдалеке, словно на газоне кто-то оставил зеркало.

Я пошел на этот странный мерцающий огонек. Мне представлялось, что он совсем рядом – стоит лишь улицу перейти да пройти немного, на деле же пришлось отойти прилично от стоянки, так что я ее едва не потерял из виду. Зато и сияние стало намного ярче. Едва сдерживая любопытство, я подошел совсем близко – и, как завороженный, разглядывал какое-то время лежащие в траве... туфельки. Совсем маленькие – с мою ладонь – и удивительно красивые, сотканные из переливающихся золотых нитей.

« Я потеряла туфельки, – всплыл в памяти печальный тихий голос: – Золотые туфельки с серебряными каблучками».

Я наклонился и поднял их, разглядывая со всех сторон. Так и есть – небольшие каблуки отливали светло-серым металлом.

«Выходит, это и есть пропажа той странной дамы», – подумал я. И решил было вернуться и отнести находку в «Нору»: может, кто-то из тамошних посетителей знает, как найти эту женщину.

Держа из в руке, я неспешно побрел по дороге назад и буквально через несколько минут увидел, как навстречу мне движется худенькая понурая фигурка – та самая печальная дама.

— Мэм! – окликнул я ее.

Она подняла на меня взгляд – и глаза ее вдруг сверкнули болотными огоньками, лицо заострилось и стало совершенно непохоже на человеческое, волосы встали дыбом, длинные пальцы скрючились.

— Ты! – заверещала она. – Ты украл мои туфельки! Лжец! Врун! Вор!...

— Нет же, нет! – пытался я объяснить ей, протягивая ей ее драгоценную пропажу. – Я не крал их, я только что нашел их вон там...

Она обезумела и ничего не желала слушать.

— Ложь! Все ложь! – Она схватила туфли, полоснув по пальцам острыми когтями и гневно уставилась на меня. Глаза ее сейчас казались огромными и круглыми как блюдца. Подсвеченные бледно-зеленым сиянием злые блюдца. – Ты пожалеешь об этом!

Туфельки в мгновении ока оказались у нее на ногах – и она сразу выросла, засмеялась жутковато, но заразительно, а потом вдруг лихо присвистнула и выбила каблуками затейливую дробь.

Бойкий мотивчик джиги зазвучал в ушах – невидимые флейты и скрипки пели весело и смешливо. Я и сам не заметил, как начал притоптывать в такт. Танцовщица улыбнулась недобро, схватила меня за руки – и мы оба пустились в пляс. Все быстрее и быстрее.