Онлайн книга «Ло. Подарок для принцессы»
|
— А у девчонки печень вырезали? Не помнишь Ты ведь первый ее нашел. — Ничего такого. Только колотые раны. Здесь все взрослые мужчины носят кинжалы на поясе. Около двадцати сантиметров, обоюдоострые, как положено, чуть шире стилетов. Вот такой игрушкой ее бедняжку тыкал кто-то в грудь. Трахал и тыкал. — Трахал — Так трусов на ней не было. Просто так, что ли — Стоп-стоп-стоп! — господин советник влез и закончил наш стремительный диалог. Иван опомнился и глянул на меня обалдело. Как-будто я насильно заставила его отвечать на вопросы. — Иван, не ведись на ее расспросы. Не позволяй ей лезть! Нам не нужно расследование-доследование. Нам нужен приговор и экстрадиция. Пойми, Лео! Если дело вернется к стражникам, то они размажут такую кашу по тарелке, что Преображенский не выберется из этой тюрьмы никогда! И все равно в результате никто ничего выяснять не будет! — Эспо чуть не плакал от досады. — Иван! Прикажи ей! Пусть слушается! Ваня погрозил мне пальцем — Слушайся Эспозито, сестра. Он лучше знает, как тут следует поступать, а мы, как выберемся отсюда, полетим ко мне на Прощальную. Кея возьмем с собой, в снегу изваляем. Я тебе помогу, я обещаю. Разговор про снег под этими бледными от зноя небесами казался фантастичнее любого чуда. Фантастичнее даже, чем мое робкое предположение. Почему Ваня так стремительно-легко ответил на мои вопросы А вдруг я открыла в себе новый дар эйч-ви А что Здесь в кутузке волшебные стены одной природы со мной. Вдруг помогают… ладно. — Хорошо, — энергично я кивнула побратиму в ответ, — последний вопрос и закроем тему. Наивный Преображенский с готовностью согласился. Я приблизила свое лицо к его обгорелой физиономии и сказала негромко, но слышно — А ты сам, капитан, как думаешь кто убийца Я уставилась на него не мигая. Получится, как в прошлый раз Иван спокойно задумался. Эспо сплюнул в досаде и отвернулся. Пауза затянулась. — Католический монах-бенедиктинец, — провозгласил мой самый чудесный из братьев. Ухмылялся от уха до уха. — Да ну тебя! — я обиделась. Мужики ржали. Ваня был горд собой необычайно. Я резко поднялась на ноги и отвернулась. — Не смей дуться, — приказал он в мою сердитую спину, отсмеявшись. Миролюбиво. — Ты шальваров накупила Я кивнула. — А кофточек в золотые полосочки Я кивнула снова. — Вот и молодец, — Преображенский встал и подошел ко мне. Обнял братски за плечи. Повернул к себе. — Как меня достала эта жара! Как я хочу домой на Прощальную, ты не представляешь, Лео! Снега мне не хватает! Снега! Ты, давай, зубри учебник. Что бы все правила от зубов отскакивали! Вернемся, я проверю. Никаких оценок, кроме отлично, я не принимаю. Все! Никакой самодеятельности, только жесткая дисциплина. Я хочу гордиться тобой, малыш. Он отечески-больно залепил мне пятерней по заду, повернулся к господину чиновнику — Пивка подкинь, брат, холодненького к ночи. Эспозито подошел к Ивану. Они что-то говорили негромко друг другу. Первый предлагал явно. Второй отказался. Друзья обнялись на прощание. Я сказала — А как же принцесса, Вань — Вот не нуди меня, Ло, — он улыбнулся. Армейская непрошибаемость на секунду обнажила растерянную грусть и снова утвердилась в облике капитана, — веди себя прилично. До встречи! — О чем вы говорили? — спросила я, когда большой человек Иван скрылся за кованной калиткой внутреннего двора. |