Книга В плену врага. Пока бушует метель, страница 36 – Сашетта Котляр

— Вернись с победой! — голосом грудным и рычащим. Волчьим.

Много лет Волк-Покровитель не говорил с Каэрхенами, но сейчас что-то неуловимо изменилось, и это придало Ивару сил. Анника же обняла его и благоговейно смотрела на Родовое Древо, так и не произнеся ни слова.

Они постояли рядом с древом, пока алый огонёк на верхушке не переместился к выходу из подвала. Ивар прекрасно понял, о чём говорят ему предки, и взял Аннику за руку. Та пошла за ним следом. Но заговорила она лишь тогда, когда они вернулись наверх.

— Я ведь не должна была всего этого видеть? — осторожно уточнила она. — Слышать голос Волка, видеть эти потрясающе красивые огни…

Да. Предки благословили этот союз. Но Аннике он об этом не скажет. Не время. Отец мёртв, и кроме них, Ивару и благословения попросить не у кого… впрочем, быть может, та Алая Звезда — и есть дух отца, желающий возмездия, Ивар бы не удивился. Но Аннике он ответил проще. Правду, да не всю:

— Если тебе было позволено войти и увидеть — значит, должна была. Иначе ты увидела бы лишь тьму вокруг, или вовсе не смогла бы пройти к Родовому Древу.

— И… что это значит? То, что мы видели? — она чуть наклонила голову. Ивар читал в зелёных глазах Анники тревогу, но тревожиться им обоим стоило не о том.

— Значит, что правда на нашей стороне, — честно ответил он. — Ильмер нарушил заветы предков. Оденься потеплее, и меч держи крепко, Анника. Враг, с которым мы столкнёмся, едва выйдя за стены замка, неутомим, зол и страшен. Руби ему лапы, ибо просто так убить его невозможно. Только разрубить на части и сжечь потом.

Он выдал Аннике и меч, поскольку её собственный он в снегах не нашёл, да и не искал. И арбалет — с серебряными болтами, маленький и ручной. Доспех тоже выдал, но плотный, стёганный, чтобы поверх можно было надеть ещё и меховой и не отморозить себе всё.

Сам собрался ровно так, как и приехал сюда, и взял с собой артефакты. Сетку закрепил чуть выше запястья, она потеплела и стала невидимой. Когда понадобится, он её сорвёт и набросит, а до того ни один чужак не найдёт. Перстень ещё загодя отдал Аннике. Если его клан жив, если не повывел его и не обратил мертвецами Ильмер, тогда пригодится. А если вдруг да… быть может, тоже пригодится. До конца возможностей перстня Ивар не знал, и надеялся, родовой артефакт ещё успеет его удивить.

Припасы он подготовил в дорогу ещё тогда, когда почуял, что Граничная Ночь на пороге. Волки всегда её чувствуют. Те Волки, что не разорвали связи с духом-покровителем. Ивар взял котомку, подошёл к Аннике, и заметил:

— Лошадей волки давно уж изодрали, так что идти придётся пешком. Выдержишь?

Анника лишь фыркнула:

— После всего, что я пережила, пеший переход — не самое страшное. Уж за ночь мы точно до отцовского лагеря доберёмся. Едва ли Ильмер увёл наших обратно. Невыгодно ему.

— Невыгодно, — согласился Ивар. — Либо обратил в мертвых, либо голову морочит. Будем надеяться на второе.

— Один он не справится. Кто не знает, что, если на тебя идут мертвецы, убивать надо того единственного, кто больше не встанет? — цинично заметила Анника. — Значит, будет продолжать стравливать нас. Чтобы больше мертвяков становилось, ему подвластным. В конце концов, у отца в подчинении другие ярлы — но они ведь и передумать могут, перестать за ним идти, бунт поднять. Нет, я не думаю, что мы вернёмся поздно. К концу зимы — быть может. Сейчас? Самое время его ударить, пока можем.