Книга Жена на замену, страница 120 – Сашетта Котляр

Странно, но мне показалось, что даже оно воспринимает Стефана с какой-то… насмешкой? А потом давление резко снизилось, и управление телом вернулось ко мне. Но ощущение присутствия не исчезло до конца, оба голоса внутри как будто затаились, как хищники перед прыжком. Я им попрыгаю… так попрыгаю, что ноги переломают. Ведь получалось же у меня с ним бороться! Совсем немного, и я понятия не имею, как, но получалось. Хотя, кажется, не должно было? Знать бы, что что такое или кто этот Аролгос.

Это звучало то ли как имя, то ли как заклинание. Но для последнего оно было слишком коротким, отрывистым. Что-то подсказывало: если я пойму, что это значит, я скорее всего смогу понять и природу сил Стефана. Только делать это нужно быстрее, раз он явился в сон, и начал раздавать приказы… значит, он точно что-то задумал в ближайшее время. И вероятно, сразу же как только у него будет удобный момент, он вынудит меня рассказать эту страшную версию.

И Рэйнера, как назло, нет дома. Я должна была бояться, дрожать, плакать. Наверное, кто-то на моём месте так и делал бы, столкнувшись с чем-то столь жутким. Но я ведь перебарывала его чары. У меня начало получаться. Да и злость и обида хорошо выжигали страх, по крайней мере, пока. По крайней мере, Стефан не умеет управлять временем, просто решил впечатлить меня, напугать. Ему, кажется, нравился чужой страх…

А мне не нравилось, когда он чему-то радуется. Потому что, когда радовалось это Высочество, горькими слезами рыдали все остальные. И что ему было нужно от Рэйнера? Как бы это узнать?

Гадала я не просто ходя туда-сюда по разрушенной комнате. Нет, я успела выйти из неё, забрав книгу с упражнениями. Мимолётно порадоваться, что вижу всех слуг, и вообще всех, к кому привыкла. Отдать приказ убрать учиненный мною разгром. Даже посетовать на то, что не владею никакими чарами, облегчающими быт — такому учили разве что где-то на юге, где магов много. А у нас… хорошо, что Рэйнер вообще приставил ко мне учителя, мог отказать, запечатать магию, чтобы не навредила никому, и так и оставить. По наследству я бы всё равно её передала.

Передёрнула плечами, думая об этом. Какая-то часть меня очень надеялась, что Йонна права, и его слова — просто очень глупый и жестокий способ меня защитить. Но даже если и так — для начала ему надо избежать лживых обвинений Стефана, а мне — избежать самого принца, у которого наверняка были свои планы и на меня тоже. И я действовала, подобно марионетке, захваченной чужими чарами, только приказы отдавала себе сама, стараясь не думать о том, как затаилась внутри сила принца и его странный союзник.

Первым делом, я отправилась на поиски Йонны, но к своему удивлению нашла только Летицию, притом бледную и мелко дрожащую. Завидев меня, служанка отвела взгляд, и разве только сбежать не попыталась. Я мрачно поинтересовалась:

— Расскажи-ка мне, что случилось? Только не говори, что ничего, девочки сказали, Йонна куда-то срочно уехала. За всё время, что я здесь живу, такого не случалось ни разу!

— Я… понимаете, что-то случилось, и я смогла ей немножко рассказать. Она отправилась докладывать Его Высочеству. Мне страшно! А если… — она не договорила, и заплакала.

И я понимала, почему. Летиция вряд ли разбиралась в магии, но она была умной девушкой, и могла делать выводы из того, что с нами происходило. Я подошла к служанке и крепко её обняла, махнув рукой на субординацию. Мы были подругами по несчастью, обе опутанные злыми чарами. Это показалось мне куда более важным. Какая разница, какое у человека происхождение, если Стефан покусился на то единственное, что нельзя отнять даже у самого бедного на свете крестьянина. На свободу воли. И уже за одно это приснопамятный поднос мне хотелось в него не кинуть, а расплавить и скормить.