Книга Капли крови: Город Греха, страница 77 – Сашетта Котляр

— Меня зовут Элис Маккерли, я из большого города и я здесь с мужем, да. Вон он какой красивый стоит! Он купил мне это здоровское платье, и туфли, и сам посмотрел, чтобы это все друг к другу подходило, и еще запретил мне использовать фиолетовые блестящие тени, хотя я не понимаю, почему, они же такие красивые! — на одном дыхании затараторила я, и Лаура быстро утратила ко мне интерес, состроив брезгливую гримасу, исказившую безупречные черты лица живой античной статуи.

— Что ж, удачно отдохнуть, — царственно кивнула она, и отошла к дальней стене, сделав вид, что ее безумно заинтересовала картина, висящая там. Корабль, идущий сквозь бурю, что был там нарисован, и правда был красив, но стоило Лауре отойти, как ее начали обсуждать новоприбывшие.

Среди них я, кстати, не заметила преследовавшего меня Джеймса и вздохнула с облегчением: видимо, не того полета была птица, чтобы его допускали на благотворительные приемы высшего света. Что странно, не было здесь и Роуз с Дойлом, хотя ее муж наверняка сумел бы добыть приглашения. Если учесть тот факт, что они оба друг другу изменяют, их отсутствие вселяло некоторую тревогу.

С другой стороны, этот городок не вертится вокруг меня, так что с чего бы пропадать именно тем людям, с которыми я знакома? При этой мысли мне на секунду даже почудился зловещий смех, но никто из гостей не проявлял беспокойства, и я повела плечами. Глупости. С Роуз все хорошо, насколько все может быть хорошо у женщины, которая замужем за подонком. А мне нужно попытаться выжать из этого вечера максимум полезного.

Я тоже решила делать вид, будто мне очень нравятся картины, так что к каждой, а их здесь было очень много и висели они практически везде, теперь подходила и трогала. Алаверо сделал вид, будто потерял меня и не может найти, и разговаривал с О’Дэйли, благо, здесь это не вызывало никаких подозрений. Лучший способ прятаться — на виду.

А я просто ходила вокруг картин, тонко пищала от мнимого восторга и норовила потрогать каждую из них руками. Гости быстро перестали меня замечать, решив, что я вроде комнатной собачки: симпатичная, глупая, назойливая. И, что куда важнее, безобидная. А я, само собой, не стала их в этом разубеждать.

Пока я разыгрывала карту дурочки из провинции и общалась с Лаурой, большая часть приглашенных успела занять места в зале, и теперь с удовольствием перемывала косточки друг другу и тем, кто еще не подошел.

И если основная часть женщин обсуждала наряды, семейную жизнь, и кто сколько зарабатывает, то мужчины переходили на личности с таким удовольствием, словно это во много тысяч раз приятнее, чем оргазм. Буквально смаковали каждую сплетню, передавая ее из уст в уста.

Так я узнала, кто с кем и зачем изменяет. И поняла, что в «зоне риска» добрые восемьдесят процентов наиболее зажиточного местного населения, а над остальными двадцатью процентами посмеиваются за пуританскую мораль и устаревшие взгляды на супружескую жизнь. Значит, метод «сторожить потенциальных жертв» отпадает: мы столько сторожей просто не найдем.

А еще услышала самые разные обрывки интригующих подробностей. Про Бертрана и его погибшую любовницу знали, но считали, что он ее отослал подальше. Правдивую версию событий выдвинуло всего пара человек, да и те быстро от нее отказались. Людям не хотелось верить в маньяка, не хотелось терять иллюзию своей безопасности. И я их не то, чтобы осуждала. Но были и более ценные лоскутки информационного одеяла.