Онлайн книга «Его грешная одержимость»
|
Мирей заходит, и я киваю на плед, он накрывает нас и слегка приоткрывает окно на проветривание. Рассвет освещает всё алым, птицы начинают петь тихо и легко, прохладный воздух треплет занавески, и в этой тишине и алом свете, что-то внутри меня наконец чуть отпускает. Потому что я справилась. Кай жив. Кровь добыта. Всё остальное можно будет решить потом. Но тут я слышу мурлыканье. Перевожу взгляд на личико сына. Он спит, губы чуть приоткрыты, и я вижу. Маленькие кровоподтёки на нижней губе. И прежде, чем успеваю запаниковать успеваю додумать до конца, он приоткрывает губы чуть шире, и я вижу клычки. Маленькие детские клычки. Комнату наполняет яркий детский запах. Запах альфы. Кровь сработала. Дрожащими ладонями обнимаю его, целую в лобик, и всё тело наполняется таким светлым и непередаваемым счастьем, что я готова обнять весь мир сразу. С души падает камень, который я носила четыре года. С его рождения. С момента, когда врачи впервые сказали мне, что прогноз плохой. Потому что, если появились клыки и запах, значит его собственные гормоны теперь могут защитить организм. Побороть болезнь. Выжечь яд, который циркулировал в его крови всё это время. А самое главное ведь то, что у него теперь будет нормальное детство. То, которого он заслуживает. И он увидит своих китов. Когда заходит доктор и отключает Кая от аппарата, тот ещё спит, и я шёпотом рассказываю ему то, что видела. Он говорит, что они поняли по запаху сразу же. Вытаскивает катетер аккуратно, говорит, чтобы мы отдыхали. Сейчас ребёнку нужен сон. Меня безумно сильно клонит в сон, и я поворачиваюсь с Каем вместе, стараясь не потревожить его, глажу по спинке, и уже на границе сна думаю о том, что если бы Каин знал о сыне, он наверняка гордился бы его стойкостью. Его силой. Тем, как он четыре года держался без жалоб, без слёз, без страха. Засыпаю с этой мыслью. * * * — Мам! Мааам! Там какие-то клики на улице! Кай сидит на кровати и с интересом смотрит на окно, но от меня не отходит и за руку держит крепко. Пока я с трудом разлепляю глаза и пытаюсь сфокусироваться. За окном уже закат, рассеивающийся в ночной тьме. Вот это мы поспали. Глаза словно стекла насыпали, сухо и больно. Встаю. Кай тут же тянет руки ко мне, и это удивляет, потому что раньше он редко просился на руки, был самостоятельным не по возрасту. Подхватываю его, и он тут же виснет на мне, как маленькая коала, зарывается носом в шею. Подхожу к окну, выглядываю, и всё во мне леденеет. Весь двор окружён чёрными машинами. Рядом с крыльцом стоит Каин. И Аргон. Они говорят о чём-то, и я вижу, как оба напряжены до предела, как у Аргона сжаты кулаки, а у Каина работает желваком скула. А потом Деза резко поднимает голову вверх. Мы встречаемся взглядами. Это похоже на удар тока, прямо в грудь, и я отхожу от окна быстро, прижимая к себе Кая, и он недовольно пыхтит, потому что я сжала его чуть крепче, чем нужно. Он так быстро нас нашёл. Как же так. Как?! Дверь распахивается, и в комнату влетает Мирей, весьма резво для своего преклонного возраста. — Юна! Деза здесь! — Ему же запрещено появляться в нижнем… — Кто-то заплатил огромные деньги неделю назад на счёт главы и ему дали разрешение! Чёрт!! — А его люди? Им не должны были… — Юна… — Мирей делает быстрый выдох и смотрит на меня так, будто то, что он скажет дальше, ему самому не верится. — Он что-то сделал. Не уверен точно, но раз тут нет военных и полиции… Он похоже тут с людьми на законных основаниях. А такая охрана положена только представителям правительства или… Если он объединил все кланы верхнего города в один и встал во главе. По слухам, его пытались продавить давно, но он отказывался. И мы надеялись, что не согласится на это! Чёрт! |