Книга Академия звезд. Истинная любовь землянки, страница 24 – Татьяна Бэк

Когда двери герметично закрылись за нами в квартире, я почувствовала, как всё накапливающееся напряжение начинает искать выход.

Я повернулась к мужчинам.

— Мы должны поговорить. Сейчас! — произнесла решительно.

Регнус тяжело опустился на диван, пробежался пальцами по волосам, всё ещё бледный и осунувшийся после происшествия. Астор остался стоять, в тени, но взгляд его был твёрдым.

— Я не хочу больше смотреть, как вы разрушаетесь из-за меня, — начала тихо. — Или разрушать себя, пытаясь выбрать кого-то одного. Мне больно. Я думала, что смогу, но… не могу.

— Ты не должна выбирать, — тихо сказал Регнус. Он смотрел на меня с неожиданной мягкостью, несвойственной его решительному неуправляемому характеру. — Мы сами поставили тебя в невозможное положение. Мы с Астором оба знали, кто ты для нас, но каждый хотел быть первым и единственным.

— Я чувствовал всё, что вы делали, каждое мгновение вашего удовольствия! — глухо добавил он, не отводя взгляда от брата. — Это жгло, бесило. Но больше всего — пугало. Потому что понял, что теряю не только тебя, Дина, а ещё и брата.

Астор шагнул ближе, и впервые — не напряжённо, не враждебно.

— А я боялся, что теряю тебя. Точнее, вас обоих, и хотел удержать хоть кого-то. Не думал… не знал, как это сделать правильно.

Наступила пауза, в которой не было вражды, только усталость, глубокая, выжигающая до дна.

— Может, нам стоит перестать сражаться, перестать делить. И просто попробовать… быть вместе. Всем троим! — произнесла сама не веря, что осмелилась.

Слова звучали сумбурно, безумно, но они были честными.

Регнус хрипло усмехнулся.

— У нас хватит на это храбрости?

Брат взглянул на него с любопытством и без злости.

— Думаю, пора проверить.

Я выдохнула, впервые за многие дни чувствуя: возможно, это и есть путь. Странный, нелогичный, выходящий за грани земных понятий, но наш.

Трое сердец, сбитых с орбиты, решившие вращаться в одной системе.

В комнате было удивительно тихо, слышался лишь еле уловимый гул городской жизни за окнами и наше тяжёлое, несинхронное дыхание. Мы застыли втроём, боясь пошевелиться — на грани, на пороге чего-то нового и пугающе притягательного.

Астор сидел рядом, его ладонь касалась моей. Регнус — чуть в стороне, но взгляд его был прикован ко мне, будто он боялся отвести глаза и потерять меня снова. В их глазах в этот момент читалось всё: желание, страх, отчаяние, нежность.

— Так больше невозможно, — нарушила наконец тишину, глядя то на одного, то на другого. — Я больше не хочу выбирать. Не могу терять. Я… Я хочу вас обоих.

Вновь воцарилось молчание, но оно стало другим, в нём было электричество, напряжение. А потом Регнус, сжав кулаки, выдохнул:

— Ты уверена?

Я лишь безмолвно кивнула. Он подвинулся ближе, а его рука коснулась моего лица — грубо и бережно одновременно. Астор, чуть неуверенно, потянулся ко мне с другой стороны. И в этой неуклюжей осторожности было что-то трогательное: двое сильных мужчин, воины, привыкшие сражаться, а не делиться.

Мне нестерпимо захотелось к ним прикоснуться, ощутить, каково это, когда оба рядом, — один жаркий, пульсирующий, другой — спокойный, но сдержанный, как натянутая струна. Их тела придвинулись ещё ближе, синхронно, будто подчиняясь какому-то новому, неведомому ритму.