Книга Мой кошмарный роман, страница 72 – Надежда Паршуткина

Она прижалась ко мне крепче.

— Я так рада, что всё закончилось, — прошептала она.

— Ещё не совсем, — сказал я, гладя её по спине. — Суд будет сегодня. Но после него — да. Всё закончится.

Игнат

Тронный зал сегодня был особенно торжественным и мрачным одновременно. Высокие своды терялись где-то в полумраке под самым потолком, и казалось, что там, в вышине, клубится тьма. Витражные окна — огромные, от пола до самого верха — отбрасывали на каменный пол кроваво-синие тени, которые дрожали и переливались при каждом движении облаков за стенами. В центре, на возвышении из пяти ступеней, стоял трон короля. Тяжёлый, массивный, из чёрного дерева и драконьей кости, украшенный золотом и крупными рубинами, которые пульсировали тёмно-красным светом в такт какому-то древнему ритму.

Рядом с отцом расположились судьи — старейшины великих кланов. Те, чьи голоса решают судьбы, чьи слова могут подарить жизнь или отнять её. Древние драконы с глазами, видевшими рождение этого мира. Они сидели неподвижно, как каменные изваяния, и только лёгкое движение плащей выдавало, что они живые.

Я стоял по правую руку от трона. Рядом со мной — Маша. Она была бледна, но держалась прямо, с той удивительной гордостью, которую я так полюбил в ней. Тонкие пальцы сжимали мою руку, и я чувствовал, как она волнуется — пульс бился часто-часто, ладонь чуть подрагивала. Впрочем, кто бы не волновался на суде, где решается жизнь того, кто хотел тебя убить?

По левую сторону зала, на отдельной скамье, обитой тёмным бархатом, сидела Дана. Даже сейчас, под прицелом сотен глаз, под тяжестью обвинений, она выглядела величественно. Гордая осанка, идеальная причёска — ни один волосок не выбивался. Холодная, презрительная усмешка на красивых, но теперь казавшихся мне чужими губах. Родовое платье Лунных Теней струилось тёмно-синим шёлком, переливалось серебряной вышивкой. На груди поблёскивал родовой амулет — крупный лунный камень в оправе из белого золота. Точь-в-точь такой же, какой я сорвал с шеи её посредника в ту ночь у фонтана.

Вокруг, на ярусах для зрителей, яблоку негде было упасть. Представители всех великих кланов, лорды и леди, военачальники в парадных доспехах, маги в мантиях, расшитых звёздами. Все хотели видеть, как будут судить ту, что посмела покуситься на Истинную наследника. Такое случается раз в несколько столетий, и никто не хотел пропустить это зрелище.

Отец поднял руку. Тяжёлый золотой браслет на его запястье сверкнул в луче света, пробившемся сквозь витраж. Гул голосов стих мгновенно, будто отрезало.

— Суд клана начинается, — провозгласил отец, и его голос, усиленный древней магией тронного зала, прокатился под сводами, заставив задрожать воздух. — Сегодня мы рассматриваем дело Даны из рода Лунных Теней, обвиняемой в покушении на Истинную наследника престола Марию. Обвинитель — принц Игнат. Обвиняемая, встаньте.

Дана поднялась медленно. Очень медленно, с таким достоинством, с такой грацией, что в других обстоятельствах это могло бы вызвать восхищение. Но сейчас я видел только хищницу, загнанную в угол, но всё ещё опасную.

— Игнат, — начала она, и голос её, холодный и звонкий, прозвучал в абсолютной тишине зала как удар хлыста. — Это какая-то чудовищная ошибка. Я не понимаю, зачем ты меня сюда притащил. Да, я была твоей невестой. Да, ты меня бросил ради какой-то… ради какой-то чужачки. Безродной, безмагической, никчёмной девчонки из мира, где даже небо другое. Но чтобы я нанимала убийц? Это смешно. Это просто смешно.