Книга Маяк, страница 80 – Татьяна Андреева

Кажется, он знал ответ на этот вопрос.

— А, чтоб тебя!.. — выругался он и поспешил к двери.

А за его спиной недоумённо жужжало пламя. За стенами часовни густела ночь.

Элли не заметила, как очутилась на воздухе. Не ощущала даже укусов ветра, разъярённого её равнодушием. Дрожащие ноги отмерили ровно дюжину ступеней, после чего отказались спускаться по крутой лестнице.

Несмотря на желание убраться подальше от донжона, пришлось прижаться к его стене. Элли надеялась, что холод камня приведёт в чувство, поможет выровнять дыхание, и след её простынет к тому моменту, как из часовни выйдет Бальтазар.

Закрыв глаза, она открылась шуму моря. Понемногу волны обтесали острые края эмоций. Нашептали, что в сравнении с их глубиной её терзания лишь суета, суета, суета…

Она боялась гнева Бальтазара и всё равно пришла. Собралась сразу же после пробуждения. Тьма и так слизала полтора дня её жизни. За это время успели похоронить Дэнни. Вернулся лорд Кольдт. Но Элли не помчалась к наставнику. И не послушала уговоров Изи. Подруга просто не знала, что с той минуты, когда молодой фламийский герцог отдал за неё свою Слезу, в её сердце зажглась искорка. В комнате, залитой мягким светом рыжей сферы, среди мебели из дорогого морёного дуба, под балдахином из тяжёлого бархата, разгорелся пожар, оставивший после себя уголёк, который то просыпался, то затухал, но так и не рассыпался золой.

Элли догадывалась, почему её отчитали. Бальтазар дождался подходящего случая, чтобы обрушить на кого-то свою боль. Но чего она не могла принять — с каким омерзением он говорил о своём поступке в гарнизоне. По её убеждению, тот Бальтазар был настоящим, а сегодняшний — маской, и своими словами он унизил себя, не её.

Больше она не хотела такое видеть. Никогда. Вызовется с Олли в лес и убежит. Повезёт — выйдет во Фригон, не повезёт — могила под сенью деревьев ничем не хуже морского дна, куда она должна была отправиться вместе с красавчиком Гаем Даеном и улыбчивым капитаном Стромом ещё пару месяцев назад.

Решение придало сил, и она готовилась оторваться от стены, чтобы сделать первый шаг к задуманному, как вдруг где-то над головой застучали сапоги.

Не успела! Замечталась как всегда — и не успела! Элли зажмурилась крепче, как дитя, которое верит, что кошмар исчезнет, стоит только захлопнуть глаза.

Но кошмар не развеялся, а, напротив, вторгся в её реальность — запахом, свойственным ему одному, жаром тела, осторожным прикосновением к ладони.

Бальтазар потянул её за руку — вниз, к ближайшей двери. В спальне было темно, но свет был бы лишним. Притупив зрение, сумрак обострил иные чувства, заставил цепляться друг за друга, будто во вселенной никого, кроме них, нет.

Отблеск купола и проглядывающая сквозь облачную вуаль Астера помогли мужчине одолеть застёжки на женской одежде. Пальцы Бальтазара были горячими, но Элли задрожала, ощутив их на своей спине. Пространство качнулось — пол ушёл у неё из-под ног. Она подумала, что падает… Нет, её подняли и прижали к сердцу. Оно гулко билось под щекой, делая неслышными шаги.

Шелковистые простыни погладили кожу. В огромной кровати можно было потеряться, но Элиз не успела вкусить одиночества. Лёгкий шорох, движение плавных линий — и под её руками оказались крепкие плечи, на губах — слегка обветренные губы, нетерпеливые касания — на груди, животе, бёдрах, — везде.