Книга Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников, страница 23 – Диана Фурсова

— Но не настолько хотел, чтобы сказать мне правду.

— Если бы я сказал, за вами бы следили ещё плотнее.

— Как заботливо. Вы снова решили, что моё неведение безопаснее моего выбора.

Он сделал шаг к ней. Она не отступила, хотя расстояние между ними стало слишком личным для пустого класса, где на стене всё ещё висел треснувший герб их прошлого.

— Вы думаете, я не понимаю, как это выглядит? — спросил он низко.

— Думаю, вы слишком привыкли, что ваши причины важнее чужой боли.

Его лицо напряглось.

На миг Элиане показалось, что он ответит не как ректор. Что скажет что-то настоящее, резкое, горькое. Что в этом классе, среди трещин и обугленного журнала, между ними наконец прорвётся всё то, что не поместилось в зал Совета.

Но Ардан снова выбрал холод.

— Закрытый класс связан с древним испытанием крови, — произнёс он. — Раз в поколение наследники с нестабильной драконьей силой проходят зимний цикл. Если до его окончания они не научатся удерживать силу в пределах родового контура, Совет признаёт их угрозой для линий наследования.

Элиана почувствовала, как злость на мгновение уступает место совсем другому чувству.

— Что значит — угрозой?

— Их лишают права на крыло. На титул. На возвращение в дом. Иногда — на собственное имя в родовой книге.

Она вспомнила, как вчера синие буквы стерли слово «Рейвард» рядом с её именем. Вспомнила холод в груди, пустоту, которую оставила печать. И вдруг поняла, почему дети так смотрели на журнал.

Для неё родовая книга стала потерей после семи лет брака.

Для них это было будущее, которого их могли лишить ещё до того, как они успеют стать взрослыми.

— Они же дети, — сказала Элиана.

— Они наследники драконьих родов.

— Сначала дети.

— Для Совета — сначала наследники.

— А для вас?

Ардан не ответил сразу. Вопрос попал туда, куда она целилась.

За стеной что-то тихо скрипнуло. Не дверь. Камень. Будто северная башня снова прислушалась.

— Для меня, — сказал он наконец, — они те, кого нужно удержать живыми до конца цикла.

Слово было страшным не само по себе, а тем, как он его произнёс. Будто раньше не всегда удавалось.

Элиана посмотрела на пустые рамки на стенах. В прошлой главе она заметила, что портреты либо сняты, либо не захотели оставаться. Теперь ей стало не по себе от этой мысли.

— Что случилось с прежними учителями?

— Это не имеет отношения к вашему назначению.

— Имеет, если меня отправили на их место.

— Их отстранили.

— Всех?

— Леди Верн.

Снова официальное обращение. Как дверь, закрытая перед лицом.

Элиана медленно подошла к столу, взяла журнал и открыла его на повреждённой странице. Обугленный край осыпался на дерево тёмной пылью. Она увидела строки: «фиксация вспышки», «нарушение контура», «семейный запрос отклонён», «допуск к испытанию под вопросом». Рядом с именами детей были не оценки и не темы уроков, а отметки страха.

— Вы называете это обучением? — спросила она.

— Я называю это системой, которая пока не дала Совету забрать их из Академии.

— Пока?

— Зимний цикл уже начался. Через семь недель первый этап испытания. Если к тому моменту их сила останется такой, как сейчас, решение будет предсказуемым.

Элиана закрыла журнал.

— Значит, их действительно никто не учит. Их удерживают до дня, когда можно будет признать, что они не справились.