Книга Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников, страница 48 – Диана Фурсова

Когда детей увели, Элиана осталась у ящика с лентами и позволила себе сесть на край скамьи. Не от усталости, сказала она себе. Просто нужно было сложить ленты ровно. Но пальцы вдруг стали неуклюжими, а в груди шумело так, будто она сама держала все пять концов и боялась отпустить.

Ардан подошёл и молча поднял упавшую ленту.

— Осторожно, — сказала она. — Ещё немного, и вы начнёте помогать без приказа Совета.

Он не улыбнулся. Но в его глазах на миг появилось что-то почти живое.

— Вы были правы.

Элиана застыла.

— Простите, что?

— Не заставляйте меня повторять. Это редкое явление.

— Для дракона или для ректора?

— Для бывшего мужа, насколько я понимаю.

Фраза прозвучала сухо, но под ней была боль. Элиана почувствовала её и сразу внутренне отступила. Нельзя. Стоит только начать жалеть его, и старые привычки снова найдут дверь.

— Вы были правы в чём? — спросила она.

Ардан посмотрел на пустой помост.

— Их всё время учили удерживать силу через страх. Через отчёт, наказание, изоляцию, родовую угрозу. Сегодня они впервые удержали что-то вместе. Без печатей.

— Без дара, — добавила Элиана.

Он посмотрел на неё.

— Без дара.

Это признание оказалось тихим. Но почему-то именно от него у неё сжалось горло. Сколько раз ей говорили обратное? В зале Совета, в коридорах рода Рейвард, в собственном браке, где отсутствие дара постепенно стало удобным объяснением всему, чего ей не доверяли.

— Не говорите так, будто делаете мне подарок, — сказала она, потому что иначе могла сказать совсем другое.

— Я не делаю подарок. Я признаю ошибку.

Она подняла глаза.

Ардан стоял слишком близко. Не так, как раньше в архиве, не с попыткой приказать или предупредить. Просто рядом. И от этого было опаснее. Приказы она научилась выдерживать. А вот тишину рядом с ним, в которой не было холода, выдержать оказалось труднее.

— Ошибку? — спросила она. — Какую именно? Что не верили в меня как в учительницу? Что привели Селесту в зал Совета? Что молчали, когда меня называли бесполезной? Или что подтвердили развод так, будто я была не вашей женой, а неудачным пунктом договора?

Он закрыл глаза.

— Элиана.

— Нет. Не закрывайте мне рот моим именем.

Он открыл глаза. Серые, тяжёлые, уставшие.

— Я не хотел развода.

Она рассмеялась. Тихо, горько, без радости.

— Как удобно, Ардан. Вы не хотели развода, но подписали. Не хотели моего назначения, но ваша подпись стояла на свитке. Не хотели Селесту здесь, но она ходит по Академии с ключом на руке. Сколько ещё вещей вы не хотите, пока они происходят?

Он принял удар молча.

И это молчание вдруг оказалось хуже оправданий.

— Почему? — спросила Элиана. — Только не говорите снова, что так было необходимо. Я больше не вынесу этой фразы.

Ардан отвернулся к окну. За стеклом лежал внутренний двор, где вчера треснула стена из-за страха Терэна. Теперь рабочие уже замазали часть повреждений светлым составом, но линия всё равно была видна. Тонкая, тёмная. Как шрам.

— В день развода Вальтор показал мне старый список, — сказал Ардан. — Тот, который вы нашли в архиве.

Элиана похолодела.

— Вы знаете о пятне на фамилии?

— Да.

— Там было имя Рейварда.

Он кивнул.

— Моего младшего брата.

Слова прозвучали ровно, но Элиана увидела, чего стоила ему эта ровность.

— У вас был брат?

— Есть вещи, которые в драконьих родах перестают существовать не потому, что умирают, а потому, что их запрещают помнить.