Книга Мертвецки влюблён в тебя, страница 105 – Одария Вербенова

Именно наш староста вызвался заменить Пертинакса на время, пока тот не вернётся.

А в моём блокноте тем временем появляется новая запись: 13. Пропал действующий управляющий Гильдии охотников. Что если Пертинакса просто устранили? Ведь Гильдия, «ограничивает» вампиров в их желании убивать...

Быть мёртвым и жить — не значит быть вампиром.

Валери Острозубка

Во время большого перерыва между занятиями я стою в очереди к прилавку, за которым уже вовсю хозяйничает Тарас. Впереди меня оживлённо переговариваются две девушки в практически одинаковых пальто — судя по всему, хорошие подруги.

— Ты что-нибудь слышала про Риту? — понизив голос, спрашивает та, что с рыжими кудрями, нервно поправляя лямку рюкзака. — Её уже который день нигде нет.

Вторая, с аккуратно уложенной косой, пожимает плечами:

— Я думала, она отчислилась. Но странно, что ни слова никому не сказала. Мы же с ней через стенку живём, и я вчера снова заходила к ней. Её комната даже не заперта, вещи всё ещё на месте.

Теперь я понимаю, что это одногруппницы Риты Цвет, и прислушиваюсь более внимательно, делая вид, что рассеянно рассматриваю стены и медленно движущуюся очередь.

— И на занятиях её нет, — подхватывает рыжеволосая.

— Даже староста в недоумении: она ставит ей прогулы, а узнать ничего не может.

Девушки переглянулись, и та, что с косой, тихо добавляет:

— Знаешь, что самое странное? Перед пропажей она вела себя... необычно. Я видела её в библиотеке за день до этого. Сидела одна, листала какую то старую тетрадь, всё время оглядывалась, будто боялась, что кто то за ней следит. А когда я поздоровалась, вздрогнула и чуть не уронила книгу.

— Может, проблемы какие? — предположила рыжеволосая. — Семья, парень...

— Она никогда не жаловалась ни на что. И всегда была такой открытой, общительной. А тут раз, и словно сквозь землю провалилась.

— А может она того? Ну, вампир... Как мёртвая ходила в последние дни. Мрачная, погружённая в себя, озабоченная чем-то. Как начался гон на клыкастых, так и она пропала сразу.

— Быть мёртвым и жить — не значит быть вампиром, — грубо перебиваю их. — Наверняка она тоже, как и любой живой человек, имеет право погрузиться на время в уныние и возжелать уединения!

Девушки притихли, одарив меня хмурыми взглядами.

— Ты что-то знаешь? — спрашивают они меня.

— Она сама расскажет, если посчитает нужным, — отвечаю неопределённо.

Тарас прервает наш разговор, вежливо попросив следующую покупательницу подойти к прилавку. Оказывается, уже подошла наша очередь.

Две подруги покупают по одной пробирке и уходят, но вот мне староста объявляет:

— Защитный порошок распродан! Больше ничего нет!

— Ты мне мстишь?

— Он правда закончился, — разводит руками Тарас. — А на тебя мне уже плевать, потому что необходимое количество подписей я и другие старосты уже собрали и сдали в ректорскую. Ректор дальше передаст, куда нужно.

Очередь за моей спиной разочарованно загудела по поводу не доставшихся им пробирок с защитой.

Но возмущение не успевает перасти в скандал, потому что всё пространство ПГО взрывается грохотом от ударов по оконным стёклам.

— Что это?! — удивляется толпа, оглядываясь на окна.

Нам что-то кричат и машут руками, веля выйти наружу.

— Там! — указывает кто то в сторону двора, когда распахивается входная дверь. — Все туда!