Книга Мертвецки влюблён в тебя, страница 62 – Одария Вербенова

Но сегодня всё иначе.

Не смотря на поздний час и сгустившуюся темноту, у ПГО всё ещё толпятся адепты. Их силуэты тонут в сумерках, а приглушённые голоса сливаются в тревожный гул.

— Ты чувствуешь? — тихо спрашивает Эйко, невольно придвинувшись ко мне ближе. — Воздух будто наэлектризован...

— Завтра станет спокойнее, — отвечаю. — Просто нужно время, чтобы всё улеглось в головах.

— Тебе даже не страшно?

— Тайна защитного порошка не раскрыта, а Совет и Гильдия охотников не позволят вампирам узнать её. Так что переживать не о чём.

Златовласка лишь кивнула. Я вижу, как её пальцы сжались вокруг ремешка сумки, а взгляд не отрывается от толпы.

Она выглядит такой беззащитной и нуждающейся в утешении, что я не была против, когда она увязалась за мной, чтобы сходить в ПГО вместе.

Ветер чуть усилился, взметнув ворох пожухлых листьев. В этот момент из-за угла ПГО выходит Пертинакс, в руке которого под светом уличного фонаря поблескивает ключ. Его лицо непроницаемо, но в каждом шаге читается напряжённая сосредоточенность.

Обычно ПГО в это время уже не работает, но желающих внести свои деньги на помощь Гильдии оказалось так много, что Пертинаксу приходится делать короткие перерывы, а затем вновь возвращаться за прилавок.

Впрочем, он благодарен. Постоянно говорит «спасибо», а на его лице такая трогательная признательность, что некоторые даже порываются обняться с ним.

Пока Пертинакс отворяет дверь, Эйко схватила меня за руку.

— Не уходи потом без меня, — шепчет она. — В спальный корпус пойдём вместе. Ладно?

— Ладно, — позволяю себе короткий смешок.

Собственная реакция напомнила мне об Адаме. Он бы тоже так усмехнулся, если бы я начала трястись пугливым зайчиком? Или бы поцеловал?

— Не смешно, Валери, — ворчит Златовласка.

Но она отвлеклась, а это здорово.

Вокруг продолжает царить странная, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и далёким стуком ставни со стороны спального корпуса.

Дверь ПГО отворяется, и мы медленным ручьём проникаем внутрь. Я и Эйко одни из самых последних в очереди.

Сквозь узкие, забранные решётками окна с улицы пробивается фонарный свет, окрашивая пыльный воздух в бледно-жёлтые тона, но вскоре зажигается потолочная лампа, отчего пространство становится менее мрачным.

Я прижимаюсь спиной к стене со скрещенными на груди руками, а Златовласка втаёт рядом.

— А порошок весь не выкупили на волне паники? — интересуется кто-то.

Но Пертинакс успокаивает, что с этим всё в порядке.

— А я вот знаю, как от вампиров защищаться, если порошок закончится! — принимаются шутить парни, изображая храбрых героев, пока вокруг много девчонок. — Главное — носить с собой чеснок.

— Шутка про чеснок устарела, придурок.

— Тогда у меня есть план. Если что — бросаю в вампира... конспект по истории! Он от скуки точно сдохнет.

Они посмеиваются, толкаются, шутя.

В углу тем временем толпится основной поток адептов. Все они медленно двигаются к большому дубовому ящику, стоящему на постаменте под гербом Гильдии — перечёркнутой капли крови.

Каждый, подходя к ящику, опускает внутрь монеты или бумажные банкноты.

После внесённых пожертвований и покупки защитного порошка я и Эйко вместе вернулись в свою комнату. Её слегка испуганное лицо переменилось на возбуждённое и озорное.