Книга Из небытия, страница 24 – Анастасия Шадрина

— Эта проклятая ведьма мне не дочь! – выкрикнула женщина и потянула на себя дверь.

Эйдан не шелохнулся. Он лишь спокойно подставил носок ботинка, не давая створке закрыться.

— Она не ведьма, – твёрдо проговорила Ирис, не сводя глаз с женщины. – Мы видели её на болотах. Она страдает.

Марта замерла. Пальцы вцепились в дверной косяк. Эйдан, воспользовавшись её паузой, чуть сильнее надавил на дверь, заставив старуху отступить на шаг.

— Уделите нам пару минут своего драгоценного времени, – произнёс он с язвительным спокойствием. – Мы не судьи. Нам просто нужно с вами поговорить.

Женщина долго молчала. В её взгляде боролись горечь, страх и стыд. Потом она тихо развернулась и пошла внутрь.

— Проходите. Но только быстро.

Внутри пахло сушеной мятой, сиренью и чем-то терпким. На полках, аккуратно расставленные между вышитыми салфетками, стояли деревянные фигурки богов: покровителей земли, воды, плодородия, солнца, младенцев и скорби. Среди них стояла статуэтка Смотрящего, потемневшая от прикосновений. Эйдан взял одну из них, задумчиво покручивая в пальцах.

— Молитесь всем богам сразу?

— Кто-то должен услышать мои мольбы… хоть кто-то, – Марта прошла мимо него и села за стол, устало пригладив подол юбки. – Я прошу не ради себя. Ради деревни. Чтобы тьма ушла…

Ирис медленно опустилась на скамейку рядом с ней.

— Вы назвали свою дочь – ведьмой. Но Лара просто мать, которая потеряла ребёнка. Она обезумела от этой боли, – проговорила она.

Марта опустила взгляд. Сухие пальцы нервно заскребли по трещине на деревянном столе.

— Но… отец Карвин… он говорил, что всё началось с неё. Что её проклятие вызвало смерть детей.

— Отец Карвин, значит… – Эйдан приподнял бровь. – Кто он такой?

— Он глава храма, наставник. Читает проповеди, говорит со Смотрящим, выслушивает наши беды. Люди доверяют ему.

— И вы выбрали поверить ему, а не вашей родной дочери? – голос Ирис прозвучал холодно.

Марта вздрогнула. Лицо её стало каменным.

— Лара… всегда была странной. Замкнутая. Не как все. А потом, понесла дитя от паломника, даже имени его мы не знали. Появился и исчез. Она… Начала бродить, шептать проклятия. Мы боялись. Я боялась, – её голос стал дрожать. – А потом начались эти смерти. Одна за другой. Дети. Девушки. Это как проказа. Как гниль. Вы не понимаете, что значит жить в страхе. Каждый день. Каждую ночь.

Ирис смотрела прямо на неё, не моргая. В груди нарастала жгучая злость.

— Вы должны были быть опорой для Лары, когда все отвернулись от неё. Вы бы видели, в каких условиях она сейчас живёт. Одна. Среди болот, с обрубком дерева в люльке, которое качает, как живого… Вы были нужны ей тогда. И нужны сейчас.

Марта вскинулась. В глазах засверкали слёзы, не раскаяния, а горького упрямства.

— Она опозорила меня! Принесла в дом дитя, родив от не пойми кого! Как мне было смотреть людям в глаза? – она обхватила себя руками, словно защищаясь от собственного позора. – Отец Карвин сказал…

— Что вы всё заладили со своим отцом Карвином?! – Ирис вскочила, губы побелели от напряжения.

Эйдан резко подошёл. Его пальцы сомкнулись на её локте, голос был тих, но в нём звучала строгость:

— Ирис, мы уходим. Сейчас же.

— Что? – растерянно выдохнула она, встретившись с ним взглядом.

— Я понял. Эти смерти… они не случайны. Всё это – ритуальные жертвы. И я почти уверен, – он бросил короткий взгляд в сторону двери, – этот священник пытается призвать в наш мир могущественного демона.