Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 150 – Юлия Стешенко

— Не надо! Не убивайте! – заблажил Барти. Окинув быстрым взглядом комнатку, он мигом сообразил, что к чему, и выразил лицом молчаливое «ой». – Я не хотел, меня заставили!

За спиной у Барти действительно переминались с ноги на ногу несколько чужаков, и выглядели они более чем серьезно. Правда, оружия Торвальд не видел – но допускал, что эти ребята могут доставить проблемы и без оружия.

— Ладно, чего уж там. Заходи, – Торвальд махнул рукой, пропуская Барти в хижину, и с наслаждением грохнул дверью перед носом чужака, сунувшегося было следом. Торвальд тут не хозяин, пришлые – не странники, а значит, хрен вам, а не закон гостеприимства.

— Инициатива действительно не моя, – Барти затарахтел, только переступив порог. – Но буду честным – я даже не думал отказываться. Ребята, ну подумайте сами – ад, апокалипсис, на небе вместо солнышка жопа – а вас два дня как нет. Ну что я должен был подумать? Что вы на пикничок выбрались? – он грустно оглядел комнатку, сунул нос в котелок и зачерпнул кашу. – А вы, получается, выбрались. М-да. Как-то не так я себе апокалипсис представлял, – он сунул в рот комок остывшей каши и задумчиво прожевал. – А ничего так! Торвальд, ты умеешь готовить?

— Может, это я готовила! – напыжилась Ива.

— Нет. Точно не ты, – с ходу отмел предположение Барти. – Тебе только шоколад удается. И консервы.

— Очень смешно, – скривилась Ива. – Как вы сюда добрались? Снег плавили, что ли?

— Зачем плавили? Я тропинку пробросил – от шахты и до обрыва. Это вон там, выше, – Барти махнул рукой на запад, и Торвальд кивнул. Там из горы действительно выпячивался уступ, нависший над голым каменистым склоном. – Для визуального ориентира годится, координаты мне дали – несложная, в общем, работа была. Совместил точки, мы вышли на уступе, а оттуда ходьбы часа два.

— Не больше часа, – зачем-то уточнил Торвальд. Как будто время, за которое чужаки дотопали до хижины, имело хоть какое-то значение.

— Если по травке идти, то час, – покладисто согласился Барти. – А если лед плавить, немного дольше. Короче, ребята. Мне жаль, что я поломал ваше романтичное гнездышко. Но там, за дверью, безопасники, и они выжрут мозг всем присутствующим. Поэтому одевайтесь. Мы возвращаемся домой.

В огромном зале было душно и жарко. Еловые лапы, закрывающие темное дерево стен, воинственно топорщились, и на фоне их густой зелени золото и багрянец ковров сияли еще ярче. Толпа стояла тесно, плечом к плечу, и все равно не все поместились в доме, длинный пестрый хвост тянулся на улицу и расползался по двору. Торвальд слышал людей за спиной, как слышат грозовое море – тяжелый, рокочущий гул, в котором нельзя выделить отдельные звуки, да и не нужно, они не имеют смысла. Важен только сам гул, накатывающий волнами, захлестывающий с головой и снова отступающий.

Торвальд потянул пальцем слишком тугой ворот новой ярко-синей рубахи и глубоко вдохнул пропахший елками и жареным мясом воздух. Отец, стоящий на возвышении, улыбнулся ему, коротко подмигнул – и Торвальд улыбнулся в ответ. Скосил глаза, выискивая у опорного столба тоненькую хрупкую фигурку, снова улыбнулся, широко и бездумно, словно пьяный. Ива помахала смуглой рукой, в полумраке Торвальд не смог разглядеть этот жест. Но почему-то смог почувствовать.