Книга И в болезни, и в здравии, и на подоконнике, страница 87 – Юлия Стешенко

Стэн не бесполезен. Он умеет то, чего не могут маги. Он уже решал проблемы, он справлялся, и справится еще много раз.

Это не реальность. Это херня, порожденная его сознанием – той ущербной, мать ее, частью, которая выжирает всю радость из жизни, отбирает сон, а взамен приносит ненависть. Именно эту проклятую дрянь блокирует бальзам. Вот так он и работает. Перекрывает канализационную трубу, из которой хлещет дерьмо.

И все-таки чертова статуэтка до ужаса точно попала. Она не искала проблему. Она подошла и ткнула в нее пальцем, словно в открытый глаз. Врезала прямо по яйцам.

Да, кстати. Какого хера он вообще разговаривает с игрушечными собачками? Что за спонтанный сеанс психотерапии, откуда эта кретинская откровенность?

Стэн внимательно посмотрел на собачку. Она сидела напротив – беленькая, глянцевая, чистенькая до скрипа.

— Эй, Делла! Кажется, я кое-что нашел.

* * *

— Так... - усевшись на стол, Петер внимательно обозрел двух уебанов в футболках. И это – сотрудники исследовательского отдела. Интеллектуальный цвет Управления безопасности! Петер болезненным движением потер висок. – Давайте-ка еще раз. Что именно вы сделали?

— Мы обследовали дом Друзиллы Лангфранк, – выступил вперед Паттерсон. На лице у него застыло выражение обреченного мужества. Жанна-блядь-белобрысая-Д’Арк.

— Вот так вот просто: пришли и обследовали, - нежно улыбнулся Петер. – И чья же это, позвольте спросить, гениальная идея?

Делла втянула голову в плечи, виновато стрельнула глазами в сторону и открыла рот…

— Моя, - перебил ее Паттерсон и сместился чуть вправо, прикрывая Деллу плечом. Как будто всерьез ожидал, что Петер швырнет в нее дыроколом.

— Серьезно? Не думал, что когда-нибудь скажу это, Паттерсон, но ты слишком нормальный для такой хуйни. Влезть без ордера в дом женщины, чья смерть стала предметом расследования, и спереть оттуда ключевую улику – в этой комнате есть только один человек, способный на подобные фокусы. Правда, Делла?

Она попыталась ответить, но вздрогнула и осеклась – вероятно, после некоторого физического воздействия. Паттерсон предусмотрительно убрал руки за спину, получив тем самым свободу маневра.

— Если у тебя есть какие-то вопросы, задавай мне, - Паттерсон вытянулся, как солдат на плацу. Делла озадаченно моргала из-за его плеча, явно не понимая, как реагировать на этот внезапный перформанс. Кажется, Паттерсон импровизировал – и, кажется, импровизировал неудачно.

— Хорошо, - покладисто согласился Петер. – Вываливай свою версию.

— Мы обсуждали допрос мистера Лангфранка. Он отказал нам в доступе, и Делла огорчилась. Тогда я предложил проникнуть в дом и осмотреть его. Делла возражала, но я ее убедил, - стремительно отбарабанил Паттерсон. Потом запнулся и продолжил. – И «Крайслер» тоже я предложил угнать.

— Отлично. Очень убедительно, - одобрил Петер. – Сразу видно, что репетировал. А теперь давайте послушаем правильный ответ. Делла перехватила тебя где-нибудь в коридоре, или в гараже, или на улице. Одним словом, там, где нет меня. И в красках объяснила, как будет плохо, если мы не вытащим из дома неведомую проклятую хрень. Ты слушал, кивал и соглашался. Делла рассказала, какой мудак наследник, какому риску подвергает невинных граждан, описала сто тысяч причин, по которым так поступать нельзя. И ты снова кивал. А потом она предложила хуйню. Залезть без ордера в чужой дом, все там обшарить и спереть унаследованное имущество. Остатками здравого смысла ты осознавал, что это авантюрный суицидальный пиздец. Ты даже попытался возражать – недолго, минуты две-три. Но все было так убедительно, так правильно… Поэтому ты все-таки кивнул. И согласился. Вот так все и было, да?