Книга Против течения: вторая жизнь Ирены, страница 138 – Юлия Стешенко

Пан директор не экономил на качестве.

Медленно, словно во сне Ирена подняла руку. Глубоко вдохнула. И постучала.

— Да-да, войдите, — откликнулся из кабинета знакомый голос. Ирена толкнула дверь. Тяжелая створка скользнула назад так легко, словно весила не больше пушинки. Ни скрипа петель, ни шелеста металла, трущегося о металл.

Бесшумность и минимизация коэффициента трения. Еще плюс пять злотых.

— Добрый день.

Ирена шагнула в полутемный кабинет. Плотные бархатные шторы были задернуты, горела только новомодная электрическая лампа. Не магическая, что удивительно. Или не удивительно. Электрические светильники были дороже и престижнее. Временный эффект, всего через десять лет, когда ореол научного чуда рассеется, магические снова вырвутся вперед. Но сейчас лампа накаливания была удивительной, роскошной новинкой. А потому на столе у Желязного стояла именно она. На широкой подставке замерла на цыпочках позолоченная танцовщица, обернутая в тонкое, невесомое покрывало. Металл собирался складками, выразительно обтягивая бедра и маленькую, вздернутую грудь. На вскинутых руках девушка, словно яблоко, держала лампочку, над которой распахнулся мозаичный купол абажура.

Еще сорок злотых. Или пятьдесят. Или вся сотня — смотря по тому, настоящий это Мираччи или хорошая копия.

Хотя вряд ли у Желязного будет копия.

— Проходите, присаживайтесь, — Желязный указал на кресло и тут же дернул за сонетку*. Мгновенно в кабинете появилась горничная в темном форменном платье. — Кофе, пожалуйста, — не оборачиваясь бросил Желязный. Девушка, присев в легком книксене, бесшумно скрылась за дверью.

— Очень, очень вам рад. Ну что? Как ваши успехи? Поскольку вы здесь — полагаю, в расследовании наметился перелом? — Желязный, усевшись в глубокое, словно трон, кресло, сцепил руки в замок. На коротких, широких пальцах чернели жесткие волоски.

— Перелом — сильно сказано, но определенные успехи есть. — Ирена старалась говорить уверенно и ровно. Так, словно сейчас не происходило ничего особенного. — Я думаю, что золото у Мейбаумовой искали зря. Его нет.

— В каком смысле? — нахмурившись, Желязный подался вперед, вперив в Ирену тяжелый взгляд. — Вы собираетесь меня убеждать, что ограбление было настоящим?

— Ни в коем случае. Ограбление было фальшивым. Но золота у Мейбаумовой все-таки нет. Его обменяли на драгоценные камни. Скорее всего, на бриллианты.

— Вот как… — Желязный, откинувшись в кресле, беззвучно пожевал губами. — Вот, значит, как… Ну да. Конечно. Ломбарды.

Легкость, с которой он соединил детали головоломки, и восхитила Ирену, и огорчила. У нее на осознание этой взаимосвязи ушли часы. А чертов Желязный справился за пару минут. Десятки дел, сотни разнообразных фактов, деталей, наблюдений… И все-таки он понял сразу. А Ирена, которая расследовала одно-единственное преступление — нет.

Ну ничего. Умение приходит с опытом. Годам к сорока она тоже будет загадки как семечки щелкать.

Наверное.

Если повезет.

— Важная информация, — медленно кивнул тяжелой бульдожьей головой Желязный. — Отправлю парней, чтобы перетрясли все ломбарды по пути следования Мейбаума. Возможно, найдется зацепка.

— Вы в этом сомневаетесь?

— Вам сказать правду? — Желязный поморщился, словно больным зубом грильяж раскусил. — Да. Сомневаюсь. Зачем скупщикам что-то рассказывать — хоть моим детективам, хоть полиции? Доказательств у нас никаких — так, догадки одни. Скупщики просто уйдут в отказ. И ничего мы с этим не сделаем.