Книга Небо внизу, страница 100 – Юлия Стешенко

Что-то важное.

Более важное, чем тройная плата за выполненный контракт.

— Так что, господин Грино, – Тео встряхнула себя, усилием воли сосредотачиваясь на работе. – Вы признаете, что я выполнила свою часть контракта?

— А чего ж нет? Признаю! – Грино плюнул себе в ладонь мутно отсвечивающей эктоплазмой. Не дрогнув ни единым мускулом на лице, Тео пожала призрачную руку, на мгновение погрузившись пальцами в холодную, покалывающую морозными искрами ауру призрака.

— Тогда скажите, куда вы хотите переехать. Том сегодня же выкопает ваши пальцы. Один он зароет на ферме, чтобы вы могли приглядывать за ситуацией. А второй мы перезахороним хоть на центральной площади.

— Нет, на площади я не хочу. Давайте-ка лучше… – призрак задумался, выбивая пальцами неслышную дробь. – Давайте-ка… в «Кабанью голову». Выпить с парнями я не смогу, но хотя бы разговоры послушаю. Сухорукий Тоби такие истории рассказывает – лучше любого романа.

— Э-э-э… Я… Гхм, – неубедительно откашлялся Том.

— Что? – обернулась к нему Тео.

— Я… Ну… Подумал тут.

— И что ты подумал? – способность Тома превращать разговор в разновидность инквизиторской пытки вызывала у Теодоры желание подойти к контрактному и хорошенько пнуть его под задницу. Просто чтобы придать необходимое и достаточное ускорение.

— Ну… – Том покосился на призрака, на Тео, потом снова на призрака. – Я в этом, конечно, не разбираюсь. Поэтому, наверное, глупость скажу, но я тут подумал… Подумал я… – глубоко вдохнув, Том вскинул свою правую руку. – У господина Грино двух пальцев вот тут нет – пониже второго сустава. А значит, под крыльцом сейчас закопаны четыре фаланги. Мы обязательно должны пальцы целиком хоронить?

— Том, – торжественно объявила Тео и мстительно сделала паузу. И без того напряженный Том напрягся еще больше. – Том, ты гений. Отличная идея, мы обязательно попробуем! Господин Грино, ваши пожелания?

— Даже и не знаю… – нахмурился призрак. – Подумать надо.

— Может, храм? – наивно предложил Том, и Грино выпучился на него так, словно у контрактного вторая голова выросла.

— Совсем сдурел, парень?! Мне этой мозгоклюйки при жизни хватило. Нет, теперь я собираюсь веселиться вовсю. О, кстати! А закопайте-ка чего-нибудь во дворе у хромого Лео. Там парни часто собираются, чтобы в картишки перекинуться. Ну и последнюю косточку… – прищурился вдаль Грино. – Последнюю косточку давайте на большом холме закопаем. Там место такое есть, вроде обрыва… Тропинка, тропинка, потом сосна кривая – и поворот. Вот если не поворачивать, а прямо пойти, то холм как будто ножом обрезало… Мы с женой там сидеть любили. Так, чтобы на самом краю. Сидим, вокруг глядим – небо, лес вдалеке, поля внизу, город… Красиво. Так что вы извините меня, благородная госпожа, но придется вам прогуляться. Далековато, конечно, но вы не пожалеете. Красиво там очень. Вам понравится. Хех, – хихикнул вдруг Грино. – Тридцать лет назад я жалел, что отрезал два пальца. Теперь жалею, что не отрезал все пять.

Он грустно посмотрел на свою комолую руку.

Последнюю кость перезахоронить не успели. Большой холм находился далеко за городом, в предгорье. Идти туда нужно было часа три, а потом еще долго взбираться по неровному каменистому склону. Добросовестный Том предложил было отправиться на холм в одиночку, раз уж Теодора не желала заниматься ночным альпинизмом.