Книга Небо внизу, страница 122 – Юлия Стешенко

— Хороший выбор, – сыпанув золотисто-карамельные зерна в кофемолку, женщина начала медитативно вращать рукоять.

— Простите, у вас над входом написано название. «Кофе у Лусии», – попыталась заполнить неуютную тишину Тео. – Лусия – это вы?

— Конечно. Разве здесь есть кто-то другой? – вскинула подведенную углем бровь старуха. – Лусия Сальгадо к вашим услугам. У меня лучший в городе кофе и никаких глупостей вроде рагу. Но для вас, милый юноша, я сделаю исключение.

Отставив в сторону закипевший кофе, Лусия исчезла за вылинявшей занавеской и через пять минут вернулась с куском мясного пирога.

— Он холодный, но все равно вкусный. Ешь, – поставив перед Томом тарелку, старуха коротким движением погладила его по голове – словно коснулась крылом черная птица. – В твоем возрасте мальчики вечно хотят есть. А для вас, госпожа, хурма в сахаре. Попробуйте – вам понравится.

Тео осторожно надкусила темно-рыжий полупрозрачный ломтик. Хурма была кисло-сладкая, чуть терпковатая и вяжущая.

— Так что, вы нашли певицу? – проглотив первый кусок, Том тут же отковырял вилкой второй.

— Да. Обычная девочка, не ведьма. Я уверена, что она заказала приворот у Туро.

— Это плохо?

— Не знаю. Я плохо знакома с этой сферой законодательства. Но на всякий случай не буду обнародовать свои догадки.

— Разумно, – Том жадно отхлебнул кофе и снова набил рот пирогом. – Ну и… – сделав усилие, он проглотил полупережеванный кусок. – Ну и какая она? Хорошенькая?

— Естественно. На другую Августо Фонтель не клюнул бы.

— Ну почему же не клюнул… – воткнул вилку в пирог Том. – Не всегда ведь дело в красоте.

— И много ты случаев знаешь, когда кто-то вспыхивает страстью к уродине?

— Ну… почему сразу уродина. Есть ведь обычные люди. Их тоже… ну… любят, – Том медленно, аккуратно разламывал на части пирог.

— Любят, конечно. Пока других нет – помоложе и покрасивее.

— Вы так говорите, как будто все дело во внешности.

— Не только. Иногда еще и в деньгах, – ухмыльнулась Тео.

— А если денег нет, то и не человек, что ли? – покончив с расчленением пирога, Том начал давить вилкой кусочки.

— Человек, конечно. Но менее… как бы это сказать… конкурентоспособный. Вот, посмотри на Августо Фонтеля. Он женился на деньгах – и был вполне счастлив. А наша клиентка вышла замуж за внешность. И тоже была довольна жизнью.

— С мужем, который ее предавал?

— Ну что ж поделать. Могла бы начать ему изменять – для симметрии. И никуда Августо не делся бы – молчал и терпел, потому что сам даже на миску супа заработать не может.

— Но ведь необязательно же так! Можно любить человека просто потому, что он… ну… ну… потому что он… хороший. Можно не предавать.

— Наверное. Где-то там, на небесах, в идеальном мире. А здесь, на земле, любовь хороша только в книгах.

— Неправда, – перестав убивать пирог, Том поднял на Тео темные, как мокрая галька, глаза. – Если не по внешности и не по деньгам выбирать, то и любовь нормальная будет.

— А ты, я гляжу, эксперт. Что, большой опыт?

Смутившись, Том вновь уставился в тарелку.

— Ну… Не то чтобы… Но я тут это… Думаю. Ну… Любовь – она ведь не товар. Чтобы на упаковку смотреть и торговаться.

— И ты, значит, не смотришь.

— Я – не смотрю.

— А как же та девочка на рынке? По-моему, очень даже смотрел!

— А что девочка? Ну что девочка?! Мы же про любовь говорим, а не про девочку, я посмотрел и дальше пошел!