Книга Небо внизу, страница 129 – Юлия Стешенко

— Да ступай уже. Развлекайся, – великодушно махнула рукой Тео. – А я зельем займусь.

Не глядя на Тома, она аккуратно смахнула в конверт волосы. Того, что раздобыл контрактный, хватило бы на три-четыре полноценные порции отворотного. Это хорошо – всегда лучше иметь ингредиенты про запас. Инструкция к зелью несложная, но кто знает, что может пойти не так.

В кабинете Тео аккуратно расставила на рабочем столе газовую горелку, лабораторные стаканы для смешивания и мерные мензурки для компонентов. Методично накрошила травы, тщательно отсчитала иглой сушеных бабочек-золотянок и взвесила порошок из сердец зимородков.

Тома все еще не было.

Отмерив достаточное количество дождевой воды, Тео перелила ее в колбу и зажгла газ. Травы добавлять нужно было сразу, сердца и золотянок – после закипания, а волосы – когда органика полностью растворится в зелье.

Поставив колбу на огонь, Тео задумчиво поглядела в окно. Отсюда она видела Тома, который стоял, облокотившись на калитку, и девушку перед ним. Она что-то говорила, эмоционально взмахивая руками, а Том таращился, как баран на таблицу Менделеева, и глупо улыбался.

Вот что эта блондиночка может рассказывать такого, что интереснее ритуала с отворотным зельем?

Вода закипела, выплевывая искрящиеся пузырьки, и Тео, прочитав заклинание, направила магию в колбу. Совсем немного, но очень точно – в самый центр сосуда, так, чтобы жидкость закрутило бурлящим водоворотом.

Так. Отлично. Теперь бабочки и сердца.

Помешав стеклянной палочкой отвар, Тео настороженно принюхалась. Она ожидала, что из колбы потянет дешевым бульоном, но запах был горьковато-прозрачным, чуть холодноватым. Так пахнут мокрые хризантемы в ноябре.

Еще раз помешав зелье, Тео вернулась к окну, встав так, чтобы штора скрывала ее от случайных взглядов.

Теперь блондиночка держала Тома за руку, уверенно напирая на него обильным декольте. Рефлекторно Тео посмотрела на собственную грудь. Да, поменьше – зато отличной формы и упругая. Конечно, это не имеет значения, но все равно приятно. Потому что Тео сейчас… Тео сейчас… она не хуже. Совершенно не уступает этой молоденькой белобрысой дурехе. Да, Тео не сногсшибательная красотка, но у нее правильные черты лица, гладкая кожа и хорошая фигура. И волосы… Не клубничный блонд, конечно, но и не серо-русые. Насыщенный, пожалуй, даже интересный цвет. Уж Тео точно не стала бы ходить с такими дурацкими кудряшками. Эта девица похожа на белобрысую овцу. Неужели есть люди, которым нравится подобное дурновкусие?!

Ну да. Есть. Вот Тому, к примеру, очень нравится.

Подавшись к блондиночке, он нежно заправил локон за розовое поросячье ушко и что-то прошептал. Девица зашлась высоким дребезжащим смехом – как будто кто-то лил воду в железный таз.

На мгновение Тео захотелось окликнуть Тома. Позвать его – и наблюдать из окна, как эта дура остается одна куковать у калитки.

Эй, он контрактный вообще-то, идиотка! Он на работе! И воркование с белобрысыми овцами в обязанности контрактного не входит!

Вздернув подбородок, Тео вернулась к булькающей колбе. Сердец там уже не было, а от бабочек остались бесформенные хитиновые оболочки, которые таяли на глазах, превращаясь в прозрачную взвесь.

Пришло время добавлять волосы. Отсчитав три штуки, Тео подхватила их пинцетом и медленно, декламируя вербальную формулу, опустила в зелье. Вода окрасилась темно-синим, замерцала тусклыми мертвенными огоньками и снова успокоилась. Убавив огонь, Тео засекла на брегете тридцать секунд.