Книга Небо внизу, страница 87 – Юлия Стешенко

— Ну, как тебе? – обернулась к Тому Теодора.

— Вкусно, – тот покачал ополовиненной бутылкой. – Только с лепестками пить неудобно. Процедить не могли, что ли?

— Без лепестков не то совсем, – Тео сделала еще пару глотков и брезгливо поморщилась. Плавающая в напитке фиалка скользнула в рот – и сразу же из удивительного украшения превратилась в склизкую пакость. Но здравый смысл подсказывал Теодоре, что благородные дамы не плюются, как извозчики, поэтому она мужественно проглотила цветок.

Пристально наблюдающей за ней Том вскинул брови в немом «а я говорил».

— Просто к этому напитку нужны трубочки, – назидательно сказала Тео. – Если держать бутылку вертикально, вся декоративная мишура осядет на дно и можно будет спокойно пить. Не понимаю, почему продавец не предложил нам трубочки.

— Какие трубочки? – нахмурился Том.

— Обычные. Для коктейлей.

— Даже не слышал о таких штуковинах.

— Ну трубочки же! – попыталась донести мысль Тео – и осеклась. Пластика в этом мире она не видела. Могли ли делать коктейльные трубочки из других материалов? В теории – конечно. Стекло, пластик, бамбук и прочая эко-ерунда… Но так было в Америке. А как было здесь – Тео не знала.

— Ты что, правда не знаешь, что такое коктейльные трубочки? – Тео вложила в вопрос все насмешливое удивление, на которое была способна. – Серьезно?

— Ну… Нет, – мгновенно утратил уверенную жизнерадостность Том. – Я мало где бывал вообще-то.

— В приличных заведениях их всегда подают к прохладительным напиткам, – тут же смягчила давление Тео. – Тоненькие трубочки из металла или стекла. Опускаешь такую в стакан и втягиваешь через нее жидкость. Очень изящно смотрится – и губы всегда чистые, даже если молочный коктейль пьешь. Нет этих ужасных седых усов, – Тео мазнула пальцем под носом, и Том тут же отозвался на шутку, с облегчением хихикнув.

— Полезная, наверное, вещь. Но мы же в обычную лавочку заходили. Вот если бы в ресторан – там, наверное, трубочка на каждом столике лежат.

В несколько глотков допив свой лимонад, Том отставил бутылку, поднялся и потянулся.

— Ну, вы еще посидите, отдохните, а я дальше работать пойду. Сейчас быстренько вторую стену просмотрю и вам помогу. К закату как раз половину винодельни обшарим. Может, чего и найдем.

Конечно, они не нашли. Ни в этот день, ни в следующий, ни через неделю. Тео осмотрела все: винодельню, погреб, двор, бесчисленные развалюхи-сараи и весь дом, с чердака до подвала. Искали и артефакты, и сигилы, и скрытые энергетические сущности.

Ничего.

Ноль.

Зеро.

Эмоциональный подъем с каждым днем изменял градус, все более уподобляясь спуску, а через неделю превратился в неглубокую, но очень грязную яму.

Тео умела работать. Она знала, что для результата нужно приложить усилия – и не боялась их прикладывать. Но сейчас… сейчас она занималась не своим делом. Тыкалась вслепую, как двоечник, наугад выставляющий галочки в тестах, и получала закономерный неуд.

Это изматывало. Не сами бесплодные усилия – а то, что все усилия заканчивались разочарованием, и впереди не было ни одного лучика надежды. То, что обещало быть очень простым делом, оказалось какой-то необъяснимой хренью, а Тео не хватало знаний, чтобы решить проблему.

Владелице тела, наверное, хватило бы.

Это было чужое тело. Чужая жизнь. И чужой мир. Тео не хотела всего этого. Она хотела обратно. Туда, где проблемы решаются, туда, где она управляет своей жизнью, а не подстраивается, отчаянно лавируя, как лыжник, несущийся по крутому склону среди камней и расщелин.