Книга Эхо твоих мыслей, страница 153 – Селестина Даро

Смущение начало оставлять во мне призрачные следы. Я понимала, насколько это важно для Риса, и хотела оправдать его ожидания.

Не успели мы договорить, как дверь распахнулась прямо перед нами.

— Если честно, я устал ждать, пока вы решитесь зайти, — на меня смотрели с теплом кристально-голубые глаза. Ещё мгновение, и я подумала, что Натаальхен протянул мне руку, но он просто приглашал нас войти внутрь.

У входа на небольшой деревянной тумбе был аккуратно сложен цветные плед, сшитый из кусочков фиолетово-розовой ткани. Рядом с пледом стояла плетеная корзина с едой и напитками.

Мои щеки покраснели ещё сильнее, потому что я поняла, что наш с Рисом приход нарушил планы его наставника на сегодняшний вечер.

Несмотря на слова Фенриса о том, что Натаальхен — его прапрапрадедушка, по меркам людей он выглядел всего лишь на шестьдесят лет, к тому же не растерял физической формы. Его золотистая загорелая кожа резко контрастировала с белыми волосами. К клыкам, кажется, я начала привыкать. Кажется, здесь никто не собирался кусать меня против моей воли.

Проследив за моим взглядом, Натаальхен расхохотался.

— Не волнуйся, девочка. Рис попросил меня заранее кое-что приготовить для вас двоих.

После того, как я услышала эти слова, мои глаза стали настолько круглыми, что Натаальхен захохотал еще сильнее.

— Нат, ты совсем ее засмущал, — тактично заметил Рис.

— Я вижу, — спокойным тоном сообщил наставник, таким, будто бы смущать меня или кого-либо было для него в порядке вещей. — Когда Фенрис бывает в Арконе, он всегда останавливается у меня. У нас есть правило: секвойи никогда не стоят пустыми и не ждут, пока ты придешь. Поэтому, до тех пор, пока вы не решите окончательно обосноваться здесь, все, что я могу, предложить вам в пользование верхние этажи своего жилища.

— А как вы делаете свои дома? — Мне было очень любопытно, и я решилась задать вопрос.

— Все, что ты видишь здесь, девочка, сделано магией. И сам факт, что ты это видишь — это хорошо. Люди или фейри, не имеющие видения, не восприняли бы все это так, как восприняла ты. Для них здесь — лишь древний девственный лес да развалины храмов и замков. Эти секвойи — необычные. Они называются «пустотелые» секвойи. Их ствол образуется как бы снаружи пустот. Пустотелые секвойи живут исключительно в симбиозе с урду. Они растут, питаясь энергией, которую мы вырабатываем во время сна. Кстати, можешь быть спокойна, я тебя кусать не буду.

Я с любопытством осматривала дом. Он казался более уютным, чем дом моего отца, и немного напоминал мне домик ведьмы, потому что на первом этаже везде были развешены разные травы. Тут было больше творческого беспорядка.

— А у вас есть пара? — спросила я, проводя рукой по розмарину.

Рис предупреждающе посмотрел на меня. Кажется, я спросила что-то не то.

Наатальхен махнул на Риса рукой.

— А мне нравится в ней это любопытство. Больше всего я опасался увидеть здесь сломленную Руаном девчонку, но ты не такая. Твой дух силен. У меня была пара. Но ее тело не выдержало частотных сновидений. С рождения она была к ним чувствительнее, чем все мы.

— Частотных сновидений? — переспросила я. — Скоро увидишь, девочка. Скоро увидишь. Бесполезно говорить об этом. Идем, угощу тебя вареньем из ревеня, тебе понадобится много сил.