Книга Няня выбирает Любовь!, страница 42 – Александра Каплунова

— Сочувствую тебе, – я осторожно положила свою руку поверх его. Но он тут же встрепенулся. Резко отдернул свою ладонь, словно я его обожгла.

— Здесь нечему сочувствовать. Это жизнь, – он словно осознал, что наговорил слишком много, снова на лице появилось это хмурое выражение. Он поднялся из-за стола. – Спасибо за еду.

И на этом вышел из кухни.

Вот и поговорили. Похоже, последней фразой я все испортила. Вот… блин.

Какое-то время я просто сидела и смотрела в ту сторону, куда он ушел. Кусала губы, мысленно костеря себя. Ну разве такой как он примет сочувствие? Ага, ну конечно… Нужно он ему.

С другой стороны… Всем оно нужно. И тепло, и возможность хоть с кем-то наболевшим поделиться. Так душе легче становится. А Кайрон…

Я вздохнула и принялась убирать оставшееся на столе.

Остолоп он замшелый. Вот он кто. Сердце совсем в камень заковал.

Домывая посуду в раковине, я оглянулась через плечо. Вздохнула.

И отпустила эту ситуацию.

Обидами тут не поможешь. Да и не факт, что ему вообще моя помощь нужна. Может, ему и так хорошо живется.

И пусть внутренний голос не подпевает втихушечку, что никому от такого хорошо не живется. Мне б со своими проблемами разобраться. Мало что ли?

В коридоре послышались голоса. Кажется, Кайрон и Томас возвращались.

— Вера! – рокочущие ноты в голосе хозяина отдались легкой вибрацией у меня в груди. Так-так… Что-то мне подсказывает, что нас ждет ураганчик местного масштаба.

Я выключила воду и повернулась к нему, вытирая ладони о полотенце. В руках Кайрона была та самая коробка с мусором.

— Будь добра, поясни мне, почему мой сын говорит, что ты собралась это выкинуть? – и смотрит, глаза сузив.

Я глянула, что именно он держит, может Томас перепутал коробки? Да нет…

— Потому что это мусор, – я пожала плечами. – А вот там тебе нужно перебрать. Я не уверена, все ли там уже негодно…

Кайрон медленно вдохнул, явно призывая себя к покою. Поставил коробку на табурет.

— Я уж не знаю, как заведено в твоем мире, но у нас не выкидывают… например посуду! – он достал из коробки тарелку… Сколом на ней можно было как следует порезать себе что-нибудь.

— Она битая.

— Можно починить.

Я вскинула брови.

— Ты умеешь?

В ответ молчание.

— Или где-то есть мастера? Нет, я не спорю, что может что-то у вас заведено иначе, но если вот это… – я вытащила из коробки сломанную надвое и проржавевшую донельзя терку, – не мусор, то я совсем ничего не понимаю. Тем более посуды у тебя в шкафах до одури. Тут на семью из двадцати человек хватит.

— Может, гости приедут.

— Тогда, я уверена, можно будет найти еще пару-тройку сервизов на чердаке, – я уперла руки в бока. Мы сверлили друг друга взглядами, но ни один из нас сдаваться не собирался. – Тут теперь хотя бы чисто и с полок все горой не валится.

Секунда, другая… У меня уже глаза пересохли, но моргнуть значило проиграть!

— Женщины…

Ага! Сдался!

Подхватив коробку, Кайрон отправился на улицу. А спустя миг вернулся и за второй. И все это сопровождалось крайне грозными взглядами.

— И мы сейчас полы домоем, ты разувайся, как заходить будешь! – крикнула я вдогонку, когда он уже выходил из дома.

Дверь хлопнула громче обычного, а я повернулась к Томасу с довольной улыбкой.

Мальчишка сидел на стуле, болтая ногами и явно пытался спрятать усмешку, наблюдая за нами.