Книга Няня выбирает Любовь!, страница 43 – Александра Каплунова

— Папу редко кто может переспорить, – фыркнул он.

— Это я даже не старалась, – заговорщицки сообщила я ему. – Ну, давай продолжим?

Остаток дня прошел совсем незаметно. Гостиная ждала нас уже завтра, а вот коридор и кухню мы домыли как положено. И теперь здесь и правда можно было ходить без уличной обуви.

Когда коридор наконец был чистым, я вытерла пот со лба и посмотрела на Томаса. Мальчонка тоже устал, вон тряпкой уже еле елозит. Но упертый и дело делает до конца. Это хорошая черта, даже удивительная. Я-то думала, он станет отлынивать всеми правдами и неправдами.

— Ну что, готов к чердаку?

Его глаза загорелись, и он тут же кивнул.

— Да!

На чердак вела пологая лестница. Открыв скрипучий люк, который явно давно никто не трогал, мы вдвоем просунули головы в проем. Переглянулись… Там было так много всего! А от света лампы, что была у меня в руке, по стенам заплясали жутковатые тени.

— Уверен, что стоит сегодня… Может завтра, когда будет светло? – что-то мне стало жутковато.

— Здесь всегда темно, – фыркнул Томас. – А ты, оказывается, трусиха.

И сам полез вверх.

— Ничего я не трусиха, – пробурчала я едва слышно, поднимаясь следом. – Это ты просто фильмы ужасов не смотрел.

Но Томас меня уже не слышал.

Пыльный воздух ударил мне в лицо, и я невольно чихнула.

— Ого, – протянул Томас, оглядывая пространство.

Чердак был огромным, с низкими деревянными балками и множеством старых вещей, сваленных в беспорядке. Здесь было всё: сломанная мебель, коробки, старые игрушки, покрытые толстым слоем пыли.

— С чего начнём? – спросила я, ставя лампу на ближайший ящик.

— С сундуков! – тут же воскликнул Томас, бросившись к одному из них.

Я улыбнулась, наблюдая, как он с энтузиазмом открывает крышку. Внутри оказались старые скатерти и какая-то одежда.

— Это скучно, – пробормотал он, переходя к следующему.

Я тем временем наткнулась на старую картину, прислоненную к стене. На ней был изображен пейзаж – лес и небольшая река. Картина была покрыта пылью, но я осторожно смахнула её рукой.

— Смотри, – позвала я Томаса.

Он подошёл и взглянул на картину, а я уже заметила следующую:

— Смотри, здесь еще… можно было бы повесить их в гостинной.

Я подняла ее и поняла, что это портрет женщины. Она была красива, с правильными чертами лица и теплым, но немного печальным взглядом.

— Это мама, – неожиданно произнес Томас. Его голос прозвучал глухо и как-то резковато. Я обернулась, чтобы посмотреть на него, но его лицо уже потемнело от гнева.

— Зачем ты ее трогаешь? – вдруг выкрикнул он, вырывая картину из моих рук.

— Томас, я…

Но он уже побежал вниз по лестнице, сжимая портрет в руках.

— Ну что сегодня за день такой? – простонала помимо воли.

Да, похоже сегодня обследовать чердак мне не удастся. Вздохнув и смирившись с этой мыслью, я отправилась искать Томаса.

Долго думать не пришлось, куда еще он мог деться здесь, если в гостиной я его не нашла? Я подошла к его комнате и постучала.

— Томас? – я постаралась вложить в голос побольше тепла и дружелюбия.

Ответа не последовало.

— Томас, пожалуйста, я хочу поговорить.

Снова тишина. Я снова постучала, чуть настойчивее.

— Я войду, ладно?

Не услышав возражений, я медленно открыла дверь.

Комната была погружена в полумрак, я еще не была здесь, поэтому плохо представляла, что и где располагается. Оглядевшись, я увидела, что Томас сидел на кровати прямо напротив входа, обняв руками портрет матери.