Книга Крепостная с секретом. Стиральный переворот, страница 98 – Александра Каплунова

— Только начали, барин, — ответил Гаврила за всех. — Дарья как раз объясняет, с чего начать.

Александр Николаевич окинул взглядом притихших крестьян, его спутник и вовсе меня разглядывал с неприкрытым любопытством. Брови вон вовсе под челку взметнулись.

Вот сразу по нему аристократическая порода видна была. Этакой Шерлок Холмс в лучшие годы. И сюртук у него по моде, да вразмер сшитый. Ткань добротная. Сапоги из блестящей кожи с пряжками.

— И что же Дарья объясняет? — уточнил барин. С такой еще явной заинтересованностью.

Гость же его рассматривал меня так, будто я была какой диковинной зверушкой. Глаза умные, пронзительные, за тонкими очками в золотой оправе. Выбрит нагладко, а из-под шляпы выбивались пряди светлых волос. Держался он прямо, с достоинством, но без высокомерия. Энергичный, живой — таким и должен быть настоящий ученый. Лет ему было, как мне показалось, за тридцать, но не слишком.

— Что сначала нужно расчистить завалы, — ответила я, чувствуя себя неуютно под его изучающим взглядом. — Осмотреть, что можно использовать из старых материалов, а что придется заменить.

Барин кивнул.

— Правильно. Позвольте представить, — он указал на своего спутника. — Профессор Фридрих Карлович Штейнберг, из Петербургского университета. Специалист не только в древностях, но и в механике. Он выразил желание взглянуть на нашу мельницу.

Профессор шагнул вперед. Жест руки его был особливо энергичным, когда он приподнял шляпу, приветствуя всех нас.

И так это было поразительно-странно видеть. Из барских, а шляпу перед нами приподнял. Ни зазнайства какого, ни выкрутасов.

— Весьма рад познакомиться, — произнес он с легким немецким акцентом. — Особенно с вами, сударыня, — он посмотрел прямо на меня. — Александр Николаевич рассказал мне о ваших удивительных способностях, и я, признаюсь, заинтригован до крайности.

Я смутилась, не зная, что ответить.

— Какие уж тут способности, — пробормотала я. И как вообще осадить его, что никакая я не “сударыня”? — Просто... видится мне, как все устроено должно быть.

— Любопытно, любопытно, — профессор подошел к провалу в стене мельницы и заглянул внутрь. Там, впрочем, из-за темени и торчащих в разные стороны веток видно ничего не было. — А скажите-ка, вы знакомы с принципами действия водяных колес? Различаете ли типы — подливные, наливные, среднебойные?

Я на мгновение растерялась. Конечно, я понимала разницу, но откуда крестьянке это знать? Однако отступать было некуда.

— Разные типы дают разную силу, — осторожно начала я. На барина при том вовсе старалась не глядеть. — У нас тут среднебойное будет. Вода по желобу на колесо подается, а оно уж крутится и жернова приводит в движение.

Брови профессора взлетели еще выше, а в глазах-то! Там не то чтобы появился азартный блеск, там все заискрило!

— Превосходно! — воскликнул он с радостью первооткрывателя. Я ж едва не поперхнулась такой искренности. — Абсолютно правильно! А скажите, что вы думаете о возможности...

— Фридрих Карлович, — мягко прервал его барин. — Боюсь, сейчас не время для научных дискуссий. У рабочих много дел, а Дарье еще в прачечную идти нужно.

— Ах да, конечно, — профессор словно опомнился. По лбу еще себя демонстративно шлепнул. Я невольно улыбнулась этакой простоте. — Прошу прощения за мое любопытство. Но, может быть, вы позволите мне взглянуть на ваши чертежи? В более подходящее время, разумеется.