Книга Одержимость жестокого принца, страница 68 – Ксения Есенина

Сжимаю пальцы в кулак, так что ногти впиваются в кожу. Это помогает прийти в себя. Разворачиваюсь, но Кай не отстраняется, и я оказываюсь зажата между ним и книжным стеллажом.

— Отойди, — прошу тихо, глядя в район его ярёмной впадинки.

Кай не двигается. Облизываю пересохшие губы и всё же поднимаю глаза.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю снова.

— Поговорить.

— Нам не о чем говорить.

— Уверена?

— Если ты снова о том, что случилось в классе истории магии…

— В том числе. Интересно, что буквально неделю назад магия Неллы вроде как… напала на тебя. Нелла клянётся, что не призывала дар. Странно, правда?

— Не вижу ничего странного, — отвечаю сердито. — Она с первого дня не даёт мне покоя. Видимо, эмоции окончательно взяли верх.

— О да, ты можешь собой гордиться, Шерман. Ещё никому не удавалось вывести Неллу из себя настолько, чтобы она потеряла самоконтроль. Ты так сильно её задела, что она пошла в лобовую атаку. Неслыханное дело.

— Не вижу, чем тут гордиться, от этого у меня одни проблемы.

Прижав книгу к груди, делаю шаг в сторону, обходя Кая, и направляюсь к нужному стеллажу, чтобы убрать последнюю книгу.

— Я тебе верю, Шерман.

Замираю от неожиданности и медленно оборачиваюсь, с подозрением глядя на Кая. Тот стоит, сложив руки на груди, опираясь на шкаф и прислонившись к нему затылком. Ждёт моей реакции.

— Почему?

Он слегка пожимает плечом.

— Я ведь только что прикоснулся к твоей руке, и ничего не произошло. — Отталкивается от стеллажа и подходит ко мне. — Может, твоя история о жизни с матерью так на меня повлияла в тот день. В любом случае, это лишь подтолкнуло меня к более усердным тренировкам. Что скорее хорошо, верно?

Его слова странным образом действуют на меня. Видимо, я сама не заметила, сколько напряжения скопилось в душе и в теле за эти почти полтора месяца в Академии. Мне ведь действительно чуть ли не каждый день приходится отстаивать себя. Я даже в собственной комнате не могла расслабиться до недавнего времени.

Стихийно возникший бойкот просто стал вишенкой на торте, состоящем из слоёв бесконечного сопротивления.

Хорошо хоть преподаватели не относились ко мне предвзято. Впрочем… Ловлю себя на мысли, что всё равно бы не сдалась. Только представив себе, как возвращаю Аренбергу амулет, как еду обратно в Дартон, чтобы вернуться к прежней жизни…

Я люблю маму, люблю нашу лавку, но у той жизни не было никакого просвета. Вечное тягучее существование на грани нарушения законов. И Нейт…

О Боги, нет. Я не готова сдаваться и бросать всё, не готова вернуться в Дартон, ко всем тем проблемам. Тем более не теперь, когда появился шанс получить практику в «Герберг и Герберт».

Вздрагиваю, когда Кай осторожно касается согнутым пальцем моего подбородка, мягко, но настойчиво вынуждая приподнять голову. Отстраняюсь от его прикосновения.

— Спасибо, — говорю ровным тоном.

Кай усмехается краем губ.

— Не за что, Шерман. Видишь, опять ничего не случилось. И даже если я сделаю так…

Его ладонь скользит по моей шее, прямо под волосы, вызывая мурашки по всему телу. Второй рукой Кай обвивает мою талию и привлекает к себе. От неожиданности не успеваю даже выставить вперёд руки.

— И так… — горячо шепчет Кай, обжигая мне щёку и ухо.

А потом вдруг впивается губами прямо в бьющуюся на шее жилку. Я задыхаюсь от охватившего меня урагана новых, неизведанных ощущений, пока он жадно скользит губами по коже, прикусывая её зубами, а его руки по-хозяйски оглаживают спину.