Книга Герцог, не порть мне Средневековье!, страница 20 – Светлана Огнева

Или подозревает, но молчит, как всегда.

— Леди Валери, — тихо позвала Изабель, когда Марта закончила приводить её в порядок. — А можно вопрос?

— Можно, — я остановилась.

— Вы… вы действительно изменились после удара головой? Говорят, вы были тихой, робкой, всё время молились. А теперь — командуете рыцарями, спорите с герцогом и вообще ведёте себя так, будто ничего не боитесь.

Я задумалась. Рассказывать правду про попаданство из двадцать первого века казалось не лучшей идеей — ещё примут за сумасшедшую (повторно) или, того хуже, за ведьму (и тогда отец Бенедикт всё-таки получит свой экзорцизм).

— Знаете, Изабель, — сказала я медленно, — иногда человеку нужно чуть не умереть, чтобы понять, что он жил неправильно. Я много думала о смерти, лёжа без сознания. И решила, что если выживу — больше не буду прятаться. Буду делать то, что считаю правильным. Говорить то, что думаю. Помогать тем, кому могу помочь. Потому что второй такой шанс даётся не каждому.

Изабель долго смотрела на меня, и в её тёмных глазах зажглось что-то похожее на решимость.

— Я тоже хочу так, — прошептала она. — Перестать прятаться. Перестать бояться.

— Вот и славно, — я ободряюще улыбнулась. — Тогда договорились. Завтра вы возвращаетесь к дяде и просите разрешения навещать меня для духовных бесед. Я, со своей стороны, переговорю с герцогом и с сэром Гилбертом. А дальше — будем действовать по обстановке.

— А если дядя не отпустит?

— Тогда мы придумаем что-нибудь ещё, — пообещала я. — В конце концов, я — женщина, которая заставила рыцарей приседать. Я найду способ обойти одного набожного барона.

Изабель слабо улыбнулась. Это была первая её улыбка за весь вечер, и она удивительным образом преобразила её лицо — сделала его моложе и светлее.

Через час, когда луна спряталась за тучами и двор замка погрузился в кромешную тьму, мы с Мартой проводили Изабель к маленькой боковой калитке, известной только местным слугам. Я успела заметить, как тень в плаще метнулась к опушке леса, и мысленно пожелала девушке удачи.

Вернувшись в покои, я рухнула на кровать и уставилась в потолок. День был длинным. Слишком длинным, даже по меркам моей прежней жизни, где я успевала за сутки провести пять персональных тренировок, сгонять в налоговую и приготовить ужин. Но здесь, в Средневековье, всё было по-другому. Каждое событие имело вес, последствия, отголоски в будущем. Один неверный шаг — и ты уже не фитнес-инструктор на испытательном сроке, а политическая фигура, которой интересуются священники, бароны и, возможно, сам король.

Утром, когда первые лучи солнца просочились сквозь щели в ставнях, я уже стояла на плацу, ожидая своих подопечных. Рыцари подтягивались неохотно, позёвывая и кутаясь в плащи. Утренний холод пробирал до костей, и я сама прыгала на месте, чтобы согреться.

— Доброе утро, господа! — приветствовала я их. — Сегодня у нас по плану беговая разминка, затем силовые упражнения и растяжка. Сэр Бертран, не надо так на меня смотреть. Обещаю, вы останетесь живы.

— После вчерашнего у меня всё болит, — проворчал рыжебородый, но встал в строй.

— Это называется «крепатура», — объяснила я. — Означает, что мышцы работали и теперь восстанавливаются, становясь сильнее. Через неделю привыкнете.

— Через неделю я помру, — буркнул сэр Бертран, но я сделала вид, что не услышала.