Книга Невест так много. Дилогия, страница 183 – Милена Завойчинская

— Н‑нет, – попятилась я.

Кто его знает, этого лорда. Мы, конечно, ни разу с ним не ссорились, но так у нас и разные «весовые» категории, если можно так выразиться. И возрастные, и социальные, и многие другие. Кто он и кто я? Как я могу позволить себе с ним ссориться?

— Ты меня боишься? – изумился он, заметив мое отступление.

— Н‑нет. – Заметив прищур, исправилась: – Д‑да. Чуть‑чуть.

— Та‑а‑ак! – и снова решительный шаг в мою сторону. – Тебя воспитывать и воспитывать, Эрика!

— Ой‑ё‑ёй! – окончательно струсила я и рванула вверх по лестнице.

Вот не нравится мне, когда с таким лицом движутся в мою сторону. Богатый опыт детства подсказывает, что ничем хорошим такое не заканчивается.

И хотя я совершенно не чувствовала себя виноватой, да и не сделала ничего плохого, но тело действовало быстрее разума. Бьют – беги. А били меня за дерзкий язык и упертый характер в детстве часто. Как воспитатели и учителя – розгами, так и мальчишки – если догоняли, и девчонки – ну тут уж я сдачу давала. Так что я четко улавливала, когда пора драпать.

И сейчас я постыдно удирала от своего начальника, жениха и хозяина дома, в котором живу.

А у него, похоже, сработал инстинкт: «убегают – догони». И маркиз рванул за мной.

И вот ночь, огромный роскошный особняк, ковры, статуи, вазы, картины, светильники, доспехи рыцарей... И молча бегущая со всех ног девица с распавшейся прической, выпученными глазами и поддернутыми чуть ли не до пояса юбками. А за ней так же, не произнося ни звука, несется его сиятельство маркиз.

Бегут они, торопятся, молча, быстро... Только дыхание и стук шагов. А потом неуклюжая леди неудачно заворачивает за угол, цепляет подолом доспехи, те летят на нее, и вот...

Грохота было‑о‑о...

— Эри, вы живая? – с опаской спросил лорд Риккардо, склонившись надо мной.

— М‑м‑м...

Язык прикусила и по лбу шлемом получила. И сейчас в ореоле света вокруг головы маркиза я наблюдала за фейерверком звездочек.

— Обалдеть!!! – появилась рядом вторая голова, светловолосая и ушастая. – Я просто в шоке от вас, взрослые. Ну ладно я, дитя неразумное. Но чтобы ты и ты... Мой отец и моя почти мачеха носятся по особняку как стая диких ко... Кхе. И сбивают доспехи! И гремят! Эрика, у тебя голова чугунная, не иначе. Очень больно?

— М‑м‑м... – Я сморгнула слезинку.

— Отец, а всё ты! Ты зачем на нее орал и пугал?! Эрика, потерпи, ладно? Я сейчас за льдом сбегаю! – Лекс исчез из поля моего зрения.

— Ну я же перенервничал! – как‑то неубедительно огрызнулся его сиятельство, присел на корточки и принялся убирать с меня развалившийся на части доспех. – Ночь уже! А ее всё нет и нет. А я ведь жду! И уже выслал встречающих. И нет ни тех, ни других. И вот, – буркнул совсем как пойманный с поличным мальчишка и несчастно вздохнул. – Эри, вы как? Встать сами сможете?

С поддержкой лорда Риккардо я села. Потерла пострадавший лоб, подвигала челюстью и пошевелила прикушенным языком.

— Очень больно?

Я взглянула на него с укоризной и вздохнула.

— Ну простите! Простите! Вот зачем вы бросились убегать?!

— А зачем вы бросились догонять? – спросила я.

— Да как‑то так вот оно вышло, – окончательно стушевался грозный начальник отдела ментальных расследований. – Пойдемте.

Он помог мне встать на ноги, не обратив внимания на мой протестующий писк, подхватил на руки и понес к моим покоям. Сердито сопел всю дорогу и косился. Но молчал. Кому‑то явно ужасно неловко.