Книга Пощады, маэстрина!, страница 91 – Милена Завойчинская

Красивый мужик. Нет, не классически, а вот... Ну, такой он. Интересный и располагающий. И фактически ровесник меня настоящей. Мариэлла Монкар для него еще молоденькая. Мне же он по поведению и повадкам — в самый раз. Прямо аж жалко, что никакие романтические отношения с ним невозможны. Он мне определено нравится. Пожалуй, даже слишком сильно.

Я не сразу поняла, что не так. Вроде еще минуту назад все было тихо-мирно, ветер, поскрипывание веток над головой, негромкие голоса за оградой... Я выпрямилась, машинально спрятала в карман сигарету и сделала шаг в сторону кладбищенских ворот.

— Слышите? — шепнула я.

— Нет, — напрягся магистр Гресс.

— И я не слышу. Что-то не так...

Мы переглянулись.

— Стойте здесь, я проверю.

— Ну уж нет! — решительно цапнула я за рукав рванувшего в сторону ворот мужчину. — Нашли дурочку!

А то я фильмов не смотрела. Всегда того, кто остается ждать в условной «наружке», сжирают или убивают. Нет уж, дудки. Я не готова стать добычей монстров, которые побегут с кладбища.

Надо отдать должное ректору. Он хоть и обжег меня осуждающим взглядом, но тратить время на препирательства не стал, бодро поспешил на кладбище. Мы вошли, прислушались.

— Заприте ворота, — скомандовал он.

У меня округлились глаза, потому что думала, что драпать надо, как раз когда выход настежь. Но мало ли, как оно тут, в магическом мире.

Пока я прикрывала створку и сдвигала задвижку, магистр Гресс сканировал. Я ощущала, что он делает, но сама так не умела. У меня иная специфика магии. Точнее не у меня, а у Мариэллы.

Тут я краем глаза заметила плывущее в нашу сторону привидение. Благообразная старушка в кружевной ночнушке двигалась в нашу сторону вполне целеустремленно. Но Артур ее отчего-то не замечал, сосредоточенно колдуя.

— Здесь недавно работал некромант. Почему вы пустили сюда студентов, Мари?

— Наверное, потому что я не чувствую работы некромантов, — огрызнулась я и дернула его за рукав. — У нас гостья.

— Кто? — не поднимая глаз от своих рук, плетущих нечто невидимое, уточнил он.

— Э-э... призрачная дама с топором в голове, — подобрала я определение.

— Спросите, что она хочет нам сообщить. Я не вижу призраков.

Я встретилась глазами со стремящимся к нам призраком, давая понять, что вижу ее и готова к контакту.

— Голубушка, как удачно, что вы меня можете видеть в отличие от вашего боевого спутника с дыркой в ауре в области головы. Ну надо же... — облетела она его по кругу. — Почти такой же, как я. Меня тоже, знаете ли, по голове стукнули. Но мне повезло меньше, не вытащили.

— Доброй ночи, мадам, — поприветствовала я.

— Да какая ж она добрая, если сначала некто бесстыдным образом вскрывает склепы, потом мерзко колдует, а в итоге еще и толпа юношей и девиц тут бродит?

— А вы не подскажете, где эта толпа? Что-то они притихли. Должны были бы уже собрать снежные ягоды, за которыми мы и пришли.

— Так они и собрали, — кивнула бабуля. Выглядело это ужасающе: кивок головой, из которой торчит боевой топорик. — Только зачем же они пролезли в область затухшей пентаграммы?

— Что говорит мадам? — перебил меня Гресс.

— Вы и не слышите? — удивилась я. — Что наши студенты собрали ягоды, но вошли в область затухшей пентаграммы и... Мадам, и что с ними?

— Мэтресса. Застыли, естественно. Голубушка, стыдно не знать таких вещей. Это же азы некромантии. Чему вас только учили?!