Книга Пощады, маэстрина!, страница 92 – Милена Завойчинская

— Я не некромант, уважаемая мэтресса. Я зельевар и алхимик. Месье ректор, наши студенты застыли, что бы это ни значило.

— Спросите у дамы, здесь ли еще некромант, который эту пентаграмму плел? И сколько нежити он поднял?

Привидение ректора слышало, повторять вопрос мне не пришлось.

— Некромант ушел. А нежить да, бродит. Поэтому забирайте ваших студентов и уходите. Придумали тоже, тревожить покой почтенных неживых.

— Благодарю вас, мэтресса. Было любезно сообщить нам о проблеме. Вас не затруднит проводить нас с магистром к нашим подопечным? Раз некромант ушел, то нужно поспешить, пока его нежить никого не тронула.

— Следуйте за мной, — поджала губы старушка. — И скажите вашему магистру, что его сеть огня совершенно бесполезна в данных обстоятельствах.

— О... Ведите. А что было бы лучше, раз его сеть огня бесполезна?

После моих слов Гресс перестал выплетать и застыл в ожидании.

— Стазис, все равно ваш боевой маг сейчас совсем не боевой, с такой-то дырой в ауре. Очевидно же, что была магическая контузия. Толку от него сейчас... Сам тут и останется. Ему вообще нельзя сейчас ничего серьезнее, чем свечку зажечь. Некромантов вызывайте, что же еще!

У меня округлились глаза.

— Магистр, скидывайте плетение. Ваша сеть огня вас тут и оставит. Достопочтенная мэтресса видит и ваши заклинания, и дыру в вашей ауре после контузии. Она рекомендует стазис и срочно вызывать некромантов.

Старая мертвая магичка закатила глаза и поманила меня. А я ректора. И мы поспешили за нашими студентами.

Картина открылась неожиданная. Пентаграмма оказалась огромнейшая, поэтому ее и не заметили ребята. И не знай мы о ней точно, ни за что не опознали бы в этих отдельных канавках ее лучи.

Охватывала она большую территорию, и как раз в ней-то и застыли, словно шахматные фигуры, наши ребята. Причем в движении, словно увязнув в киселе прямо на ходу.

Я когда-то видела в документальном фильме животных, которые замерзли прямо на ходу, пробираясь через огромные снежные заносы в лютый мороз. Вот прямо так, стоя, в замедленном движении они и замерли навеки. Жуткое зрелище, и мне было дико жалко этих отчаянных зверьков, которые шли до последнего, надеясь, что смогут преодолеть путь.

Я ошарашенно смотрела на студентов, не имея ни малейшего представления, что делать в подобной ситуации.

Ректор же негромко выругался, присел и принялся что-то делать над линией пентаграммы.

— Шарахнет, — флегматично заметила призрак.

— Шарахнет, — повторила я.

— Ваши предложения, мэтресса? — не поднимая глаз, спросил Гресс.

— Деактивация пятого порядка, чары пробуждения сетью на детей, разряд побуждения к движению первого порядка.

Я повторила вслух. Магистр прекрасно понял, что от него требуется, в отличие от меня, и принялся действовать. Нарушил пентаграмму, сплел и что-то швырнул на студентов.

— Мари, разряд побуждения умеете делать?

— Эм-м... нет.

— Я не смогу их всех накрыть. У меня некоторые... проблемы с магией после контузии.

— Некоторые? — фыркнула призрак. — Да ему вообще нельзя колдовать еще минимум год. Почему вы притащили сюда мага с такой аурой?

— Это не я! — открестилась я. — Он сам!

— Естественно сам, — не повелась она. — Еще бы он не прибежал за такой красавицей. Видно же, что... Зельевар... Руки бы оторвать вашим учителям. Не в состоянии своего мужика отпоить.