Книга Гретель и её бесы, страница 145 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

— Пожалуйста, не делай этого! – закричала Гретель.

— Чего ты орешь? Я просто отправляю его домой, в ад! – С этими словами Вибек Мебиус дернула цепь.

Закрутились шестерни, механизм ожил, и клетка двинулась прямиком в печь.

— Нет! Нет! Нет! – Гретель принялась трясти и дергать решетчатую дверь.

— Успокойся! – крикнул Гензель. – Я думаю, ведьма сказала правду. Увидимся на той стороне!

Клетка нырнула в огонь, и заслонка с грохотом опустилась. Несколько секунд Гретель слышала вопли брата, приглушенные железной плитой, а потом все стихло. Комната наполнилась запахом паленых волос и подгоревшего мяса.

— Только что он вылетел из трубы и отправился прямиком в ад! – сказала ведьма. – Ничего страшного.

Очертания кухни смазались, стали нечеткими. На нетвердых ногах, цепляясь за прутья, Гретель шагнула к стене. Все вокруг казалось нереальным, кроме запаха сгоревшей плоти. Он проникал в легкие, царапал горло, словно в воздухе витала стеклянная пыль. Гретель почувствовала, что желудок болезненно сокращается, и согнулась пополам. Мгновение спустя ее вырвало горькой жижей.

— Это тебе придется убрать, – раздался за спиной голос ведьмы. – Но сначала – то, что осталось от твоего брата. Понимаю, неприятно. Но я тоже ненавижу эту часть работы!

Щелкнул замок, скрипнула дверь клетки. Все еще хватаясь за прутья, Гретель повернулась к ведьме и бесцветным голосом произнесла:

— Ты сожгла его. Сожгла.

— Да сколько можно?! – Фрау Мебиус всплеснула руками. – Ты по-прежнему считаешь себя человеком?

Гретель уже не знала, чему верить, однако утвердительно кивнула.

— Тогда полюбуйся на это.

Ведьма поднесла руку к лицу девочки и щелкнула пальцами.

В ушах загудело, по телу прошла болезненная вибрация. Если бы язык церковного колокола мог чувствовать, он бы, наверное, так же ощущал каждый удар. В глазах потемнело, Гретель покачнулась и налетела спиной на решетку. Она не рухнула на пол лишь потому, что клетка была слишком тесной.

— Надеюсь, теперь мы во всем разобрались? – спросила ведьма.

Девочка растерянно провела рукой по лицу. Глаза по-прежнему застилала серая пелена, но сквозь нее Гретель разглядела нечто странное. Пальцы как будто удлинились, изменили цвет и форму. Посмотрев на собственную руку, она увидела когтистую лапу темно-красного цвета.

— Таких тварей, как ты, я по мере своих сил отправляю в ад, – сообщила ведьма.

Гретель потрогала лоб и нащупала небольшие рожки. Это было ужасно, чудовищно. Но первое, о чем она подумала: «С Гензелем все в порядке. Он просто отправился в ад».

— Ну и что? – Гретель сплюнула горькую слюну и посмотрела на ведьму. – Даже если я бес, это не значит, что я плохая! Это мой выбор – быть на стороне зла или добра!

— А мой выбор – отправить тебя в печь, – сказала фрау Мебиус, направляясь к бесоприемнику.

Она снова дернула цепь, и заслонка распахнулась. Лязгая и подпрыгивая на рельсах, оттуда выехала раскаленная клетка. Даже на расстоянии Гретель ощущала идущий от нее жар. Внутри дымились почерневшие останки Гензеля, похожие на изломанные ветки.

— Давай-давай, выходи, – скомандовала ведьма. – На полу цепь. Застегни ее на ноге, а я принесу кочергу, совок и ведро.

Гретель покинула клетку. Она смотрела на обугленный скелет, но уже не испытывала ни парализующего ужаса, ни отчаяния. Гензель умер для этого мира, чтобы воскреснуть в другом. Возможно, в преисподней ему будет лучше.