Онлайн книга «Гретель и её бесы»
|
Наконец на смену чернильному мраку ночи пришли мглистые сумерки. Над оврагами и лощинами поднялся туман, и наступил холодный, неприветливый рассвет. Гретель уже не чувствовала ног, когда на пути начали встречаться приметные деревья, ручьи и овраги. Местность все еще оставалась незнакомой, но уже не казалась такой чужой и враждебной, как прежде. — Сломанная сосна, вон там! – воскликнула Гретель, резко останавливаясь. – Я ее знаю! Точно! Сухое, расколотое наискось дерево торчало из туманной дымки, как ржавая игла из тончайшей шелковой ткани. — Я тоже! – обрадовался Гензель. – За ней будут заросли ежевики. Помнишь, как-то мы набрали целую гору ягод, так что мама три дня варила варенье?! Это здесь было! Еще несколько часов назад Гретель не сомневалась, что окончит жизнь в крематории, созданном безумной лесной ведьмой. И вот, пожалуйста! – они с Гензелем шли по знакомым местам, где ничего не стоило встретить дровосека, охотника или грибника. Покинув лес, дети увидели вырубку, а за ней – крыши домов и мастерских. Вдалеке из тумана выглядывали башня городской ратуши и колокольня собора Святого Генриха – самые высокие здания Марбаха. Гензель обернулся и, сделав в сторону деревьев неприличный жест, прокричал: — Аллилуйя! Ведьма, можешь подавиться! И твои плешивые волки могут выкусить! — Радуйся, что ее плешивые волки не взяли наш след, – сказала Гретель. – А то бы ты сейчас по-другому орал. Идем уже! Брат и сестра пересекли утыканную пнями вырубку, миновали чьи-то чахлые грядки и вышли на Смолокурную улицу. Обычно в такую рань окраины только просыпались, но, подходя к собственному дому, Гензель и Гретель узрели настоящее столпотворение. Разбившись на кучки и большие группы, соседи переговаривались, шумно спорили и пока что не замечали пропавших накануне детей. Мужчины выглядели так, словно не спали всю ночь, у многих при себе имелись ружья. Женщины разносили кружки с чем-то горячим. — Думаешь, это все из-за нас? – спросил Гензель. — Как же, – отмахнулась Гретель. – Не забывай, Нильс тоже пропал. Могу спорить, бригады всю ночь прочесывали заросли. — А толку? – проворчал Гензель. – Могли бы спокойно спать… Каждый раз, когда в Марбахе исчезал очередной ребенок, происходило одно и то же. Полиция, обеспокоенные граждане и, конечно же, убитые горем родители разворачивали активные поиски. Добровольцы растягивались цепочкой и обыскивали окрестности Либкухенвальда, пугая волков и лисиц. Гретель помнила только два случая, когда это принесло хоть какой-то результат. В прошлом году пропавшего ребенка нашли растерзанным возле медвежьей берлоги. А пару месяцев назад исчез молодой парень, у которого, по слухам, имелись карточные долги. Оказалось, он отправился в Либкухенвальд, чтобы свести счеты с жизнью при помощи крепкой веревки и куска мыла. Во всех остальных случаях дети исчезали бесследно, и теперь Гретель знала почему. Искать следовало в Пряничном домике, который, кстати, располагался не так уж далеко от города. Гензель и Гретель проделали путь от избушки до окраин Марбаха за полночи. Впрочем, ведьма наверняка спрятала свое обиталище при помощи чар… — Сейчас подойдут новые добровольцы, – говорил мужчина в костюме охотника, под ногами которого вертелся пес. – Надо расширить зону поиска, может, даже заглянуть на тот берег Зальц-Ахена. |