Книга Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша, страница 78 – Анна Денисова

— Через час. Волосы уже достаточно пропитали кристалл настройки. Осталось дождаться, пока солнце поднимется достаточно высоко. Древние асхарионцы верили, что лучшие результаты получаются, когда солнце в зените.

— А на самом деле? — прищурился Гордей.

— А на самом деле просто при свете лучше видно, — признался Рондир. — Зеркало светится, но не настолько ярко, чтобы разглядеть все детали в полумраке. Ладно, идёмте завтракать. Я, кажется, слышал, как на печи проснулся желудок Муртикса.

— Я не сплю уже десять минут, — раздался с печи ворчливый голос. — И мой желудок не урчит. Он подаёт сигналы бедствия. Это разные вещи.

— Есть ещё курица, — сказал Рондир.

— Несите, — скомандовал кот, спрыгивая с печи с грацией, неожиданной для его размеров. — И сливки, если есть. И, может быть, кусочек сыра. Я вчера перенёс тяжёлый стресс, мне нужно восстанавливать силы. Болонка эта до сих пор стоит у меня перед глазами. Бантик этот дурацкий. И лай. И эти её выпученные глаза. Брр. Я, знаете ли, чуть не поседел.

— Ты чёрный кот, — заметил Гордей.

— В душе я чуть не поседел! — отрезал Муртикс. — В душе! Это ещё страшнее.

Мы позавтракали. Вернее, позавтракали мы с Гордеем и Рондиром, а Муртикс устроил полноценный пир, умяв полкурицы, миску сливок, кусок сыра и ещё что-то, что он стащил со стола, пока никто не видел. Я поймала его за этим занятием, но только погрозила пальцем, настроение было слишком тревожным, чтобы всерьёз сердиться.

После завтрака Рондир приступил к последним приготовлениям. Он расставил вокруг стола свечи, четыре штуки, по одной с каждой стороны света. Начертил мелом на полу какие-то символы, которые, по его словам, должны были усилить энергию. Положил волосы баронессы и её платок на специальный кристалл-накопитель, который всю ночь впитывал их ауру. И наконец, водрузил Зеркало Истинного Учета в центр всей этой конструкции.

— Готово, — объявил он, отряхивая руки от мела. — Лира, садись сюда. Прямо перед зеркалом.

Я села на стул, обитый потёртой тканью. Зеркало лежало передо мной, переливаясь перламутром в свете свечей. Волосы баронессы, свёрнутые в колечко, лежали прямо на стекле, рядом с кружевным платком. От них исходило слабое, едва уловимое свечение, аура Амалии, тёмная, густая, маслянистая.

— Что мне делать? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается знакомая холодная волна. Моя магия уже пробуждалась, реагируя на близость древнего артефакта.

— Сосредоточься, — сказал Рондир. — Представь отчёт. Не просто цифры, а именно отчёт. Квартальный отчёт баронессы. Доходы, расходы, налоги. Представь таблицу. Колонки. Итоговые строки. И главное, представь разницу между тем, что она собрала, и тем, что отправила короне.

Я закрыла глаза. Перед моим внутренним взором начала вырисовываться таблица. Не простая, огромная, как те ведомости, которые я когда-то составляла в налоговой инспекции. Слева статьи доходов. Налог на землю. Налог на скот. Налог на ремесло. Налог на магию. Поборы. Штрафы. Конфискации. Справа статьи расходов. Отправлено короне. Жалованье слугам. Содержание замка. Закупка провизии. Личные траты баронессы. И отдельная графа — «Нецелевое использование». То, что осело в её карманах.

Я представляла цифры. Моя магия текла сквозь меня, холодная, спокойная, отстранённая. Она стекалась к кончикам пальцев, которые я прижимала к оправе зеркала.