Книга Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша, страница 98 – Анна Денисова

Я взяла перстенёк. Он был тёплым — Гордей, видимо, грел его в руке, пока шёл сюда.

— Да, — сказала я просто. — Я согласна.

Лицо Гордея осветилось такой радостью, что я чуть не заплакала. Он шагнул ко мне, взял мои руки в свои, большие, тёплые, мозолистые и надел перстенёк мне на палец. Тот сел идеально, будто его делали специально для меня. Что, собственно, так и было.

— Спасибо, — прошептал Гордей. — Спасибо тебе. Я... я обещаю, что буду тебя беречь. Что никогда тебя не обижу. Что всегда буду рядом.

Я не выдержала и обняла его. Он замер на мгновение, а потом обнял меня в ответ, осторожно, как будто боялся раздавить. От него пахло железом, углём и немного травяным чаем, который я ему заваривала.

В этот момент дверь скрипнула. На пороге стоял Муртикс. Он окинул взглядом сцену, вздохнул и произнёс:

— Ну наконец-то.

— Что «наконец-то»? — я отстранилась от Гордея, вытирая глаза.

— Наконец-то этот безнадёжный кузнец решился, — пояснил кот, проходя в дом и запрыгивая на лавку. — Я уж думал, он так и будет ходить вокруг да около до следующего обмена миров. Знаешь, сколько времени я ждал этого момента? Три месяца! Три месяца я смотрел, как он на тебя смотрит, и ничего не происходило! Я чуть не поседел!

— Ты чёрный кот, — напомнила я. — У тебя не видно седины.

— В душе я поседел! — отрезал Муртикс. — Ладно, давайте сюда перстень. Я должен его осмотреть. Как главный хранитель этого дома.

Он спрыгнул с лавки, подошёл ко мне и внимательно оглядел перстенёк на моём пальце. Потом фыркнул.

— Простое серебро. Без камней. Без гравировки. Кузнец, ты бы хоть руну какую-нибудь выбил. Для магической защиты. Или хотя бы моё изображение. Для солидности.

— Я не умею выбивать кошачьи изображения, — признался Гордей.

— Научишься, — пообещал Муртикс. — Времени у тебя теперь много. Целая жизнь.

Он помолчал, потом вдруг добавил:

— Значит так. Я, как старший по дому и главный кот этой семьи, даю своё согласие на этот брак. Официально. Можете записать в свою... бухгалтерскую книгу.

— Спасибо, Муртикс, — я улыбнулась. — Это большая честь.

— Знаю, — он гордо задрал хвост. — И учти, кузнец: если ты её обидишь, я вспомню про твои сапоги. И про свои меткие способности. Так и знай.

— Я не обижу, — серьёзно ответил Гордей. — Обещаю.

— Ну тогда ладно, — кот снова запрыгнул на печь и свернулся клубком. — Тогда я спокоен. Почти. Дайте знать, когда начнёте планировать свадьбу. У меня есть несколько идей по оформлению. И по меню. И по музыкальному сопровождению. Я могу мурчать в фа-мажоре.

Мы засмеялись. Гордей взял меня за руку, ту самую, на которой теперь блестел серебряный перстенёк, и легонько сжал.

— Знаешь, — сказал он, — я ведь и правда не думал, что когда-нибудь снова... полюблю. А тут ты. Со своей...бухгалтерией. Со своим котом. Со своей магией, от которой пахнет валерьянкой. Ты перевернула мою жизнь.

— Ты тоже перевернул мою, — тихо ответила я. — В хорошем смысле.

Мы сидели на лавке, держась за руки, и смотрели на огонь в печи. Муртикс мурлыкал что-то себе под нос, кажется, действительно в фа-мажоре. За окном темнело. Осенний ветер шуршал опавшими листьями. Где-то в деревне лаяли собаки и скрипели телеги.

А я думала о том, как странно иногда поворачивается жизнь. Когда-то я была Валерией Ветлицкой, бухгалтером с ипотекой и неамортизированными мужчинами. Я мечтала о тихом счастье, но не знала, где его искать. А потом молния ударила в берёзу и я оказалась здесь. В чужом мире. В чужом теле. С чужим именем. Но именно здесь я нашла себя. Нашла любовь. Нашла семью.