Книга Суррогатный папа поневоле, страница 52 – Марина Орлова

— В этом можете не сомневаться, – кивнул я с улыбкой, а затем стал прибираться за своим рабочим местом. – Можете садиться в кресло. Оно должно быть удобным, – предложил я ей опробовать гордость моего кабинета

Светлана все еще колебалась, но, видимо, отступать от сказанного ею не хотела, потому неловко обошла стол и села в мое кресло, замерев на секунду. А после уже смелее улыбнулась и отметила:

— Просто шикарно! Я словно на облаке сижу! – восхитилась она, уже решительнее устраиваясь в кресле, которое стоило мне, как иномарка.

— Я рад, – довольно выдохнул я, а затем среди папок отыскал меню. – Если не против, я побуду вашим официантом сегодня. Скажите, что хотите, я передам.

— Это очень любезно с вашей стороны, Павел, – вновь вспомнила о приличиях девушка, принимая у меня из рук меню. – Но я не хочу утруждать вас. И без того уже доставила хлопот. А у вас сегодня праздник, где вы хозяин. Вам нужно праздновать с друзьями, а не обслуживать капризную и проблемную гостью…

— Пока что я свободен, за это не переживайте, – покачал головой, думая о том, что не плохо бы предупредить друзей и придумать причину, почему я так резко свалил. Прикидывая, как это сделать так, чтобы не вызвать лишних пересудов и избежать пояснений своих действий, который и сам не понимал, я искренне надеялся, что с момента нашего последнего сбора мои друзья не стали обидчивыми. – Но, вы правы, нужно кое-что уладить. Придется отлучиться на полчаса. Я пришлю сюда официанта, хорошо? Он придет через минуту…

— Спасибо, это будет замечательно, – позволив себе секунду, немного натянуто улыбнулась Светлана и с излишней готовностью кивнула. – Я пока изучу меню, – выразительно уставилась она в список, что позволило мне выйти из кабинета и, переведя дух, отправиться к лестничной клетке, где меня уже караулила Яна.

— Пожалуйста, не сейчас, – взмолился я и предпринял попытку просочиться мимо миниатюрной блондинки.

Куда там!

— Стоять! – строго потребовала сестренка, сама того не понимая, все больше становясь похожей на нашего отца. – Братец, ничего не хочешь мне рассказать? – с прищуром цапнула она меня за рукав, давая понять, что будет держать крепче клеща, пока не насосется моей кровью. В смысле, не получит информацию. – Это что за баба у тебя в кабинете?

— Она не «баба», – строго поправил я сестру, отчего она пораженно замерла. – И вообще, это не твое дело.

— Пашка! – взвилась Яна, преградив мне дорогу, когда я вновь попытался продолжить путь. – Она беременна. Я, что же, теткой, может, скоро стану, а ты, зараза такая, молчишь?! – шипела она.

— Не мели ерунды! – возмутился, но даже я понял, что возмущение было слабым. Хотя, с чего бы? Аксенова же сказала, что ребенок – не мой. Значит, я и не вру.

«Но мог быть и моим, не сойдись она со своим блондином…» – мелькнула мысль, которая испугала тем, что… не пугала. Да, путано, но данная мысль скорее вызывало что-то похожее на сожаление. И вот это как раз и смущало. Я, конечно, за эти месяцы слегка попривык, почти сроднился с мыслью, что, возможно, скоро стану отцом ребенка Аксеновой. И, видимо, так свыкся с этой мыслью, что теперь перестраиваться оказалось довольно сложно.

— Я, по-твоему, дура? Когда такое было, чтобы ты нас с ребятами на какую-то бабу променял? А эту аж под рученьки в свой кабинет увел и взвился весь, как только ее увидел. А еще она беременна! Паша, отвечай немедленно, кто эта женщина? Она что, пришла требовать с тебя алименты? Шантажирует?