Книга Беременна по обмену, часть I, страница 43 – Наталья Мамлеева

Я ощущала этот свет буквально каждой клеточкой своего тела — спокойствие, умиротворение. Близость эрлорда больше не пугала, казалось, что между нами даже не было недавней ссоры — сейчас мы оба были сосредоточены на нем — нашем маленьким чуде.

— Ему нравится, — прошептал эрлорд с какой-то нежной улыбкой на губах, которую я увидела впервые. Оттого замерла и не знала что сказать. Мужчина продолжил: — Раньше не было такого ощущение тепла и спокойствия. Ребенок будто нуждался в магии, чтобы бороться в твоей тьмой, сейчас же он искренне наслаждается потоками света. Они теперь ему нужны для развития, а не для борьбы.

— Все это вы поняли по реакции еще неродившегося дитя?

— Да, — подтвердил эрлорд. — Эмоции, Аламинта, я ощущаю их. У ребенка еще они слишком невыражены, лишь общий настрой и то при подобном близком контакте. Даже его я могу ощутить, — произнес мужчина и посмотрел мне в глаза, — в отличие от тебя.

Находиться в такой непозволительной близости с ним более чем странно. Но я ничего не могла поделать: ребенку нужна светлая магия, если верить словам магистра Марисель. Между чем я сама почувствовала необычайное тепло, мне становилось так хорошо, словно я поздним зимним вечером с мороза забежала домой, разделась и легла под ватное одеяло, прикрыв даже щеки. Чувство защищенности, тепла, комфорта настолько расслабили меня, что я не заметила, как заснула.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​

Проснулась от сильного жжения между грудей. Чары сна начали спадать, и я поморщилась, перевернувшись на бок. Жжение ушло, а я, открыв глаза, увидела раскаленный медальон, который дал мне лорд де Шалис. Своеобразное средство связи, ничего не скажешь.

— Что б её, эту магию, — поморщилась я и потерла глаза.

Эрлорда в комнате не было. Шторы были задернуты, свечи погашены, хотя свечи тут не единственное средство освещения, есть еще люстры с магическими светильниками, которые, как недавно с гордостью сообщила Авина, темные закупают у светлых. Взаимовыгодные торговые отношениях обеих сторон, так сказать.

Опустив ноги, я потянулась к халату и не сразу заметила движения справа. Вскрикнув, дернула рукой, опрокидывая стоявшую на тумбочке свечу, и повернулась туда, где недавно мелькнуло что-то светлое. Сердце бешено колотилось. Но сколько бы я не вглядывалась в темноту, увидеть так ничего и не смогла.

— Привиделось или нет? — прошептала в темноту, пытаясь успокоить сердцебиение.

Накинув халат, открыла шторы, чтобы достаточной яркий свет местной луны осветил комнату. Вернувшись к прикроватной тумбочке, я опустилась и подняла с ковра подсвечник с выпавшей свечой. Еще не остывший воск вылился на ковер, оставив пятно. Я нахмурилась.

Судя по положению луны, спала я минимум пару часов. Но судя по свече — она еще недавно горела. Не мог же эрлорд надолго задержаться в этой комнате? Не представляю его, лежащим рядом и наблюдающим за мной, это будто Анвэйм из другой реальности. Из моей реальности, где детей чаще всего заводили по любви, а не из-за пророчеств.

Скорее всего, в комнаты возвращалась Авина и потушила свечи. Определенно так. Эрлорд просто оставил их зажженными, вряд ли бы он позаботился о моем сне и потушил их.

Медальон вновь нагрелся, а я поспешила в ванную. Как заново зажечь свечи я не представляла, но зато знала, что в ванной можно включить магические светильники через артефакт, висящий на стене, что и сделала. В зеркале сразе же отразился магистр Энрад. Приветливо помахав ему рукой, я закрыла дверь на защелку и активировала медальон на шее, как учил лорд де Шалис. Целитель сидел за каким-то столом, фона за ним я не видела, он будто растворялся, зато прекрасно разглядела столовые приборы, выложенные перед магистром.