Книга Туман, страница 105 – Ольга Богатикова

— Скорее, семейную тайну, – ответила я. – В этой тетради Аннабель пишет о страшном происшествии, случившемся с ее старшим братом во дворе баденского трактира. И о том, какие с ним стали происходить изменения.

Губы барона дрогнули.

— Ты прочла дневник, верно?

— Верно. От первого до последнего листа.

— И, конечно же, сделала выводы.

— Аннабель подробно описала шрам, оставшийся у ее брата после нападения. А еще его поведение и новые привычки. Провести нужные параллели было несложно.

Солус усмехнулся.

— Отчего же ты не уехала тогда из Ацера? Сдается мне, это открытие не принесло тебе радости.

Не принесло. Зато оно разбудило мое любопытство.

— Эд, я повторю: я тебя не боюсь. Хотя, кое-чего я все-таки опасалась – что ты рассердишься из-за того, что я сразу не отдала тебе свою находку.

Барон положил дневник поверх одного из книжных рядов, шагнул ко мне.

— Разве на тебя можно сердиться, Софи?

От нежности, прозвучавшей в его голосе, перехватило дыхание. Эд мягко улыбнулся, а потом наклонился и коснулся губами моих губ – легко, осторожно, будто спрашивая разрешения.

В груди что-то бухнуло и оборвалось.

Я обхватила Солуса за шею и так страстно ответила на поцелуй, что от собственной смелости под кожей пробежал электрический разряд.

Мою талию тут же сжали мужские руки. Эдуард перехватил инициативу, и через мгновение холодная библиотека превратилась в жаркую пустыню. Все, что было вокруг, исчезло, испарилось, стало ненужным и незначительным, а самым важным и необходимым оказались мягкие требовательные губы, сильные ладони и одуряюще прекрасный аромат чужой кожи, смешанный с запахом дорогого парфюма.

Потом мы долго стояли возле стеллажей, тесно прижавшись друг к другу. Кажется, Солус что-то говорил мне тихим ласковым голосом. Затем снова целовал, а я ловила его прикосновения, как кошка, и с воодушевлением на них отвечала. В какой-то момент в голову пришла мысль, что, если бы сейчас Эдуард захотел напиться моей крови, я сама подставила бы ему шею.

Однако вместо этого барон вывел меня из библиотеки и привел в жилое крыло. Там он помог мне надеть куртку и обмотаться шарфом, нарядился в пальто, и мы вместе отправились на улицу.

Укрытые снегом замковые башни, деревья, скамейки и фонари казались картинкой из книги волшебных сказок, чудесным образом пустившей нас на свои страницы. И от этой красоты захватывало дух. На свежем воздухе в моей голове немного прояснилось, однако ощущение легкой прострации сохранилось все равно.

Мы немного побродили по парку, а потом выбрались через задние ворота в лес.

— Здесь неподалеку есть озеро, – сказал Эдуард. – Я хочу его тебе показать.

Мы пошли вперед по узкой тропинке. Шагали неторопливо, обсуждая какие-то пустяки. Солус держал меня за руку, и я неожиданно поймала себя на мысли, что хотела бы всю жизнь идти рядом с ним по заснеженному лесу. И плевать на все и на всех – на Руфину Дире с ее нелепыми подозрениями, на людские суеверия и предубеждения, на возможную (или все-таки невозможную?) опасность, которую сулят близкие отношения с вампиром.

Я счастлива, и это самое главное.

* * *

В понедельник я вернулась к работе над черновиком. Сначала перечитала расшифровку диктофонных записей, затем вычленила и вынесла в отдельный файл истории, собранные до поездки в Ацер. Раз уж мне все равно придется отдавать их коллегам, пусть «висят» на рабочем столе ноутбука и не мешают заниматься баденским сборником.