Книга Сага о Северных островах, страница 123 – Наталья Бутырская

Мальчишка… да нет, не мальчишка, а хускарл нахмурился.

— Я тогда был глуп и не познал света истинной мудрости.

Сказал и бросил взгляд на сарапа, а тот едва заметно улыбнулся и качнул бороденкой.

— Помнишь, я был всего на четвертой руне, когда ты был на шестой? А нынче глянь, я обогнал тебя аж на две руны.

— Руны — это грех! Сколько крови ты пролил? Скольких убил?

— А этот иноземец? Гляжу, он тоже не безрунный.

— Он получил их прежде, чем его коснулась мудрость Набианора. И теперь он всю жизнь будет вымаливать прощение.

— А если вдруг придет какая-нибудь тварь и захочет убить твою семью, тогда тоже нельзя убивать?

— Нельзя. Ибо тварей посылает Бог-Солнце в наказание за наши грехи, и нельзя усугублять свой грех новым грехом. Лучше умереть от клыков и когтей, чем лишить себя звездного блеска.

Мерзкий сарап всё покачивал бородой, радуясь ответам Магнуса.

— Так ведь ты ж помрешь! Какие уж тогда звезды?

— Бог дарует каждому свой путь. Если в этой жизни я раскаюсь и буду жить праведно, тогда после смерти и очищения я смогу взойти на небо.

Я развел руками, не зная, что еще сказать на подобные глупости. Словно жрецы вбили Магнусу в голову ответы на все вопросы. Но я помнил слова Тулле о том, что солнцепоклонники ловки в словах, так как не говорят со своим богом напрямую, как Мамировы жрецы. Легко молоть языком, коли ты не слышишь собеседника. Одно слово Тулле весит больше, чем целый ворох у солнечного жреца.

— «Сокол», — шепнул мне Простодушный.

Я пожал плечами, не понимая, о чем он.

— Хирд, охота, ульверы… Ну же! — толкнул меня Херлиф.

— Знаешь, у нас появился новый корабль, — неуверенно сказал я. — Красавец! На три десятка весел, парусом можно весь сольхус накрыть, каждое весло с узором, с рукоятью в виде птицы. Не плывет, а летит по морю. Настоящий сокол!

Вот теперь конунгова сына проняло. Наконец с его лица слезло скучное благочестивое выражение, и в глазах блеснул интерес, но вслух он ничего не сказал.

— А еще у меня топор от Кормунда, с примесью твариного праха. Сам рубит, даже помогать не надо. Жаль, легковат для меня стал. Сегодня снова к Кормунду ходил, попросил оружие под хельта.

— Я тоже хотел свое…

— Магнус! — окликнул сарап. — Мы еще не прочли все молитвы!

— А еще нам людей в хирд не хватает. Корабль-то вон какой! Мы новых хирдманов набрали, но места на веслах еще есть. Может, посоветуешь кого? Только мы ниже хускарла не берем. Альрик-то уже хельтом стал!

— Да кого советовать… Я только отцовых хирдманов знаю.

Снова вмешался жрец.

— Магнус!

— А то, может, сам к нам пойдешь? У нас ведь кого только нет. Есть и норды из Бриттланда, и настоящие бритты, они даже речь нашу толком не знают, есть полусарап. Серебра получим горы! А коли скальда подберем, так еще и песен о нас сложат немало.

Сарап подошел к Магнусу, очертил круг перед его лицом.

— Успокой свои мысли. Это ли не искушение? Если ты сумеешь противостоять ему, станешь еще ближе к Светозарному. Будь стоек духом, и возможно, когда-нибудь ты увидишь Набианора!

— Это искушение, — пробормотал конунгов сын. — Надо быть стойким.

Я хотел сказать еще что-нибудь, но Простодушный покачал головой и махнул рукой в сторону двери.

Когда мы вышли, Херлиф рассмеялся:

— Какой добрый норд не мечтает стать хирдманом!