Книга Сага о двух хевдингах, страница 112 – Наталья Бутырская

Сам же остался с Дагной на пристани. Только я собрался ей рассказать, как мы с драуграми в Бриттланде бились, она подобрала юбки и перескочила на «Сокол». Обошла весь корабль, потребовала поднять доски на палубе, чтоб заглянуть внутрь, осмотрела весла, мачту, спросила, какой ширины парус, выспросила руны всех ульверов, потом захотела узнать дары в хирде, но тут уж я опомнился и не стал ничего говорить. Сказал лишь, что даров, связанных с водой, у нас нет.

— А слухачей? Нюхачей? Кого-нибудь, кто может врага издали учуять? — тут же спросила она.

— Есть один, кто может рунную силу издалека слышать. Но как оно в воде…

— Покажи мне его.

Я подозвал Коршуна. И Дагна завалила его вопросами. Как далеко чует? Есть ли разница между рунами тварей и людей? Кого почует раньше: десятирунного или трехрунного? А в лесу? А в воде? А в железе? А если стена будет каменная меж Коршуном и рунным? А если стена будет в три шага толщиной? А если двое трехрунных встанут вплотную, различит ли их Коршун? А как различит? Как толстого трехрунного? Как двух трехрунных? Как шестирунного? И Коршун не смог ответить даже на половину ее вопросов.

— Кай, нужно проверить дар Коршуна на деле. Он должен знать, на что способен. К тому же, некоторые дары можно улучшать, если ими заниматься. Нужно знать его дальний предел для каждой руны. Это поможет и ему, и хирду. И проверять нужно после каждой полученной им руны. Согласен?

Мы с Коршуном кивнули вместе.

— Тогда сегодня я заберу его с собой. Вечером верну.

Я невольно подумал, а не стоит ли рассказать ей обо всех дарах ульверах? Вдруг она подскажет что-то и по ним? Ну, кроме моего, конечно.

Лундвар сообразил первым.

— А у меня силы растут, когда я ранен и кровь течет. Может, и меня проверишь?

Дагна насмешливо окинула его взглядом.

— Кровь? А если без крови? Если я тебе палец сломаю, сила прибавится? Вдруг дар не от крови, а от боли действует? Хорошо, что сказал. Если что, буду на тебя тварь выманивать.

Потом она перешла обратно на причал, позвала меня в сторонку.

— Я поклянусь Фомриром и Орсой, что никому не скажу о дарах твоих хирдманов, но мне нужно это знать. И твой дар тоже. Ясно же, что Беззащитный не просто так отдал хирд тебе.

Я смотрел в ее глаза, вдыхал еле слышный запах воска и медовых трав и с трудом понимал, о чем она вообще говорит. Боги, как хотелось схватить ее за плечи, дернуть к себе, уткнуться носом в ее грудь, а потом…

— Эрлингссон! — ее голос резал не хуже ножа. — Какие у твоих хирдманов дары? Я поклянусь Фомриром и Орсой, что не выдам их никому, даже Хотевиту.

Я вздрогнул, приходя в себя.

— Почем мне знать? Вдруг ты уже переметнулась к живичским богам? Вдруг клятва Орсой для тебя ничего не значит?

— Мне нужно поймать эту тварь, иначе надо мной будет смеяться весь Раудборг. И пусть бы смеялись, но они и над Хотевитом потешаться будут, а я и так немало бед ему принесла.

Я отвел глаза от Дагны, не желая больше выставлять себя дураком. Она же насквозь меня видит! Знает, о чем я думаю. Ведь она старше на зим десять, не меньше. Но как же я хотел задрать ей юбки и… Надо перед отплытием сходить с Трудюром к бабам и валять их до посинения, чтоб даже мысли дурной потом не появлялось. Да и весь хирд нужно отправить туда же, иначе мы до твари не доберемся.