Книга Сага о двух хевдингах, страница 30 – Наталья Бутырская

— Ну это, тварей бить. Чтоб они, значит, не разбежались с Гейровых земель.

— Ты же видел остров Гейра. Видел скалы. Много ли мест, откуда твари могут вылезти?

Я почесал затылок и сглотнул слюну. Запах лепешек с маслом так и манил.

— Через фьорд никто не выберется, — сказал я. — Еще бухта. Но что там севернее по берегам, я не знаю.

— Зато Гейр знает. Северная часть острова пологая, но усыпана крупными острыми камнями. Вода днем и ночью хлещет. Зимой там лед ломается, крошится, торосы наползают друг на друга и на скалы. И выходит что-то вроде поля, усыпанного кольями. Даже рунному пройти сложно. Так что там всего с десяток мест, где твари могут выйти. И отцова дружина легко бы и сама сладила.

— Тогда зачем тинг? Зачем ссоры с ярлами?

Я вспомнил слова Альрика и выдохнул:

— Бриттланд?

— Да. С тварями сталкивались все ярлы, и силу Гейровой дружины если не видели, то хотя бы слышали о ней. И под это отец еще может получить воинов. А Бриттланд мало кого заботит. Да, у многих нордов там родичи, и они готовы дать им кров и еду, но сражаться за чужую землю? Проще выждать, пока сосед уйдет биться с сарапами и втихую отобрать у него деревеньку или остров. Вот это всем понятно.

— Значит, Рагнвальд собирает херлид сразу на Бриттланд.

— За зиму наши хельты поймут, кто чего стоит, подберут толковых людей, дадут к себе привыкнуть, а заодно растолкуют на деле, что Бездна рано или поздно сожрет все острова. И если мы не отберем Бриттланд, жить нам будет негде.

— Выходит, вольные хирды вам без надобности.

— Сейчас да. Летом мы кликнем всех. Но ты и сам смекаешь, что вольных так просто не привяжешь, а рисковать отец не хочет. Если бы у вас был кто-то с даром, связанным с морем, я бы предложил вам работу. Морских тварей мы тоже будем отлавливать, ведь недалеко от Гейровых земель проходят корабли из Альфарики. А так лучше распустить хирд на зиму.

Магнус не предложил мне угоститься, потому я встал, поблагодарил его за совет и доверие, а потом ушел.

Ох, и опасное дело затеял Рагнвальд! А когда ярлы поймут, что он не собирается возвращать им людей? Уж не затеют ли они бучу? Не захотят ли убрать слишком зазнавшегося конунга? Одно дело платить дань и ходить на суд, и совсем другое — позволять подобное. Всё же норды не его трэли и вольны делать, что им вздумается. Эдак скоро Рагнвальд захочет всё решать за ярлов: сколько зерна сажать, сколько скота по осени резать, за кого дочь замуж отдавать, кого воевать… Кто такое стерпит?

Альрик, когда я пересказал ему слова Магнуса, ответил так:

— Рагнвальду главное до льда продержаться, а потом уже поздно будет. Магнус не должен был тебе такого говорить. А вдруг ты проболтаешься? Ярлы и так чуют неладное, а если услышат подтверждение, так и вовсе беда будет.

— А мы, значит, всё? Уходим из Хандельсби и сразу на зиму? Ты к отцу пойдешь или в Сторбаше останешься?

Я снова вспомнил о богатстве, спрятанном в сараях Эрлинга. Мы так и не придумали, как поменять его на серебро. И в следующем году у нас не выйдет ничего, ведь будет военный поход на Бриттланд. Каменья и золото еще полежит, а вот пряности и ткани могут испортиться. Менять их сейчас и здесь не только опасно, но и не прибыльно. Много ли дадут здешние ярлы за красочные шелка? Нужно оружие. Нужно железо. Нужно зерно.