Книга Сага о Кае Лютом, страница 148 – Наталья Бутырская

— Как твои ноги? — спросил конунг.

— Зажили. Благодарю за лекарку, она крепко знает свое дело.

— Не ожидал, что ты выставишь на поле иноземцев. Чудно видеть, как фагры играют в кнаттлейк.

Я промолчал. Ну а что тут скажешь?

— А еще чудно, что дельфины вдруг дошли до последней игры. Никогда прежде они не были так сильны что в кнаттлейке, что в сражениях. Прошлой зимой Флиппи потерял около десятка хирдманов.

— М-м, — промычал я.

— Слыхал, ты ходил с ним на морскую охоту, а потом зачем-то позвал его хирд к себе… Да и твой Простодушный нынче частый гость у Флиппи.

Что-то и вино показалось кислым, и скамья — жесткой, и оказанная честь — тяжеловатой. Я поерзал на шкуре, но Рагнвальд всё не унимался:

— Верно же? Пять кораблей, более сотни хирдманов! Еще немного, и ты сравняешься силой с Черноголовым Карлом!

Я невольно сглотнул слюну. Когда-то Рагнвальд сражался с тем Карлом за власть над Северными островами и победил его, хоть и немалыми усилиями. Неужто конунг намекает, что и я возжелаю встать на его место?

— У меня жена — не конунгова дочь. И мне по душе быть хирдманом.

— Всякий вольный хёвдинг рано или поздно задумывается о том, чтоб обменять море на землю, а корабли — на деревни.

— Для того нужно, чтоб эти земли и деревни вообще были. И чтоб не твари там жили, а люди.

— Смотри, Кай! Я простил тебе ярла Скирре и приглядываю за твоим отцом и его землями. Не ошибись в выборе пути! — Рагнвальд откинулся на спинку скамьи и заговорил уже повеселее: — Помнишь, я обещал награду? Завтра жди, привезут прямо к порогу.

— А что за награда?

— То, что тебе изрядно пригодится этой зимой.

Мы поговорили еще немного о том о сем, и конунг отпустил меня обратно к ульверам.

Наша команда победила в турнире хельтов, Флиппов хирд стал вторым, и мы всю ночь отмечали нашу победу.

На этом игры и закончились. Пришла пора готовиться к зимнему походу.

Сначала мы увидели узкое острие длиной с локоть, за ним показались два поперечных отростка с палец, железное древко, еще два отростка, но уже с ладонь, снова железное древко, следом появился Гейр Лопата, который тащил эту громадину, на конце которой был приклепан тяжелый шар.

— Что это за оружие такое? — спросил Рысь.

— Мое новое копье, — ответил Гейр. — С ним бы я наверняка убил того кабана.

Целиком выкованное из железа, причем не простого, а с примесью твариных костей, толщиной оно немногим уступало моему запястью, а длиной было в два моих роста. Таким можно не только кабанью тварь остановить, но и кого-то гораздо крупнее.

— Тяжелое? — поинтересовался я.

В ответ Лопата перекинул копье так, чтобы древко легло мне в руки. Поймать-то я поймал и даже удержать смог, но драться таким… Не, не хотелось бы. Пока к такому чудищу привыкнешь, пока приспособишься, тебя давно уже раздерут на кусочки.

— Кормунд делал? Вроде же он под сторхельта не умеет ковать.

— Под сторхельта оно было бы легче и удобнее. А это под хельта, только тяжелее.

Гейр рассказывал нам о зимних тварях. Почти у всех них была густая плотная шерсть, с которой соскальзывают мечи, толстая упругая шкура и еще более толстый слой жира. Мой топорик даже если и пробьет всё это, не сможет убить тварь или хотя бы слегка ранить, попросту не хватит длины лезвия. Потому мы заранее начали готовить подходящее оружие — копья. У нас они уже были, но, по совету Гейра, мы отдали их кузнецам, не Кормунду, так как тот был занят иной работой, а другим, попроще. Те должны были заменить наконечники на длинные и узкие, чтоб пробивать шкуры, нарастить железную оковку на древке, приделать отростки, чтоб получилась рогатина, иначе тварь может добраться до воина, даже будучи насаженной на копье. И всё равно Гейр остался недоволен работой кузнецов, приговаривал, что такое оружие сгодится на один раз. Мол, а дальше мы с чем будем охотиться?