Книга Хроники новуса I, страница 58 – Наталья Бутырская

Многажды Воробей спрашивал, где обещанное серебро, и всякий раз я отвечал, что мне нужно сходить за ним самому. Как объяснить мальчишке, который ни разу не выходил за городские стены, где в лесу спрятан мой схрон? Я-то найду, а вот пересказать никак не выйдет.

Единственное, что его удерживало от того, чтобы выкинуть меня, — это печать культа. Она лежала вместе с упрятанными в стене медяками. Хвала древу Сфирры, Воробей ее не выкинул и не продал. Пусть печать не из серебра или золота, но все же бронза и красивая чеканка… пару десятков медяков можно на нее выменять, если не знать, что это. Когда я очнулся, первым делом спросил про нее. Так Воробей понял, что это важная вещь и зачем-то нужна мне, потому сказал, что отдаст лишь в обмен на серебро.

Открылась дверь, в дом вошла Пятка и злобно зыркнула на меня.

— Хворый встал! — громко сказала она. — Глядишь, скоро ходить начнет!

За ней показался и Воробей с синяком в пол-лица. Я уже знал, что вору нельзя привлекать чужие взгляды, значит, Воробей не сможет охотиться за чужими кошелями, пока не уйдет просинь.

За прошедший месяц я немало узнал о жизни таких, как они. Не сильно-то они и отличались от тех же цехов. Внизу находились попрошайки вроде Сверчка, там же были калеки, что выставляли напоказ свои язвы и увечья, чуть выше стояли воришки, что ловко таскали кошели, еще выше — грабители, что выбивали монеты силой. Их разделяли на лавочников и переульщиков. Лавочники ходили к мелким торговцам, требуя мзду, иначе грозили попортить товар. Переульщики поджидали случайных прохожих в темных улочках и забирали всё, что можно продать: от башмаков до шапки. Если же горожане пытались защититься, их избивали или даже убивали. На самом верху стояли домушники. Они пробирались в дома и вытаскивали оттуда всё ценное, нередко выполняли заказы богатых горожан, выкрадывая определенную вещь.

Еще выделяли плутов, но те редко задерживались на одном месте. Плуты ездили по городам и деревням, представляясь то алхимиками, то лекарями, то иноземными колдунами, и обманывали люд, продавая поддельные чудодейственные микстуры. Некоторые зелья должны были изгонять всякие хвори, другие — привораживать, третьи — помогать в торговых делах. Воробей рассказывал, что пару лет назад в Сентимор заглядывал плут, продававший ядра кровавых зверей. Но на беду им заинтересовались новусы, проверили его товар и увидели, что то не ядра, а гранатовые зерна. Обнаружив обман, они отрубили плуту ноги и скормили живьем волкам. Были даже поддельные крысоловы! Они втюхивали горожанам волшебные ловушки, в которые крысы якобы прут сами, успевай лишь вытаскивать.

Над воришками в Сентиморе стоял Угорь, он собирал с каждого долю награбленного, ничего не давая взамен. Даже если воры попадались, Угорь никак не облегчал их участь, мол, сами виноваты. Зато если он прознавал, что кто-то промышляет без его ведома или утаивает добычу, то избивал провинившегося или отдавал стражникам на расправу.

Воробей думал облегчить себе жизнь да просчитался. Мои медяки пригодились бы ему, чтоб расплатиться с Угрем в неудачную неделю, но я слишком медленно выздоравливал. Воришка словно оседлал кровавого волка — и спрыгнуть нельзя, иначе зверь его сожрет, и ехать опасно. Если прогонит меня сейчас, вряд ли заполучит серебро, а потрачено на меня уже преизрядно, если оставит — придется кормить меня и дальше.