Книга Неправильная Золушка, или Всем сестрам по тыкве, страница 36 – Лесана Мун, Дарина Ромм

— Умом — это хорошо. Наш принц Артур — интеллектуал, интересуется историей и древними артефактами, — одобряет Лори.

Она замолкает, но в зеркальном отражении я вижу ее внимательный взгляд, скользящий по моему убогому платью. И в нем ни капли осуждения и презрения. Только интерес, такой… профессиональный.

Я тем временем начинаю заплетать из ее роскошных волос тоненькие косички, которые затем собираю в красивый узел. Такую прическу я научилась делать на парикмахерских курсах. Когда-то я надеялась придать аккуратный вид своей непослушной гриве: старательно плела косички и делала завитки.

Свои волосы в итоге оставила в покое, но всем подругам с тех пор делала праздничные укладки и прически. Вот и здесь, в этом мире, пригодилось мое умение. Хорошо хоть, сестрицам не проболталась, что умею с волосами обращаться, — иначе они совсем бы заездили меня.

Украшаю узел на голове Лори шпильками с цветными бусинами и сверху прикрепляю заколку в виде птички. Отступаю посмотреть, что получилось — а красиво вышло, сама не ожидала.

Лори тоже смотрит на себя в зеркало, поворачивая голову из стороны в сторону. Потом достает круглое зеркало на ручке, рассматривает с его помощью прическу сзади.

Поворачивается ко мне и с круглыми глазами шепчет:

— Анна, ты даже мою маму превзошла! Красота, просто слов нет!

— А почему шепотом? — спрашиваю, почему-то тоже понизив голос.

— Ой, это я по привычке! Если при моей маме похвалить прическу, которую сделала не она, — обиды не оберешься, — объясняет Лори и начинает смеяться.

Я хохочу вслед за ней, чувствуя, как настроение подпрыгивает выше крыши — похоже, мне с соседкой очень и очень повезло! Ну хоть что-то приятное в этой ломаной сказке!

Это Лори, соседка нашей неправильной Золушки)

До обеда остается минут десять, когда в дверь стучат. Не бойко и официально, а так, будто стучит тот, кто боится потревожить. Я подхожу, открываю — и правда: у порога стоит девочка лет шестнадцати, вся такая застенчивая, в униформе дворцовой служанки.

— Простите… леди, вас приглашают в трапезную, — говорит она с придыханием, как будто произнесла магическое заклинание. — Обед подаётся в малой столовой, вас сопроводят.

Девочка пятится и исчезает, а я поворачиваюсь к Лори:

— Ну что, пошли очаровывать королевские тарелки?

Лори хихикает, поднимается, и мы направляемся в коридор, где нас уже дожидается очень важный слуга в серебристо-синей ливрее. Перед дверью в малую столовую уже толпится добрых три десятка девушек: шелестят юбками, поигрывают локонами, неловко переминаются с ноги на ногу. Кто-то придирчиво осматривает свой наряд, кто-то оценивает чужой. И всё это — под поверхностным слоем вежливости.

Я стараюсь не смотреть на их платья, потому что моё всё так же выглядит, будто его шили из старой занавески. Но зато у меня теперь союзник — соседка с чудесным характером и открытой душой. А это уже немало.

Нас ведут в длинный зал, похожий на миниатюрную версию королевской столовой: высокие окна, тяжелые шторы, столы на двенадцать персон, серебро и фарфор. Даже страшно становится — вдруг что-то зацеплю или уроню. Мы с Лори садимся рядом за самый последний стол. Я успеваю заметить, что сестрицы успели оккупировать самые видные места по центру.

Когда все расселись, в зал входит госпожа Левента — та самая грозная распорядительница, у которой даже тень, кажется, ходит по линейке. Голову держит прямо, высокомерным взглядом обводит зал, и сразу становится как-то… тише.