Книга Неоля в плену Востока, или Личный библиотекарь Сулеймана, страница 35 – Shy Hyde

— Так хочешь за него замуж? — хихикнула швея.

— Нет. Нет, конечно. Но в гареме небезопасно. Кажется, Махидевран ополчилась против меня, — ответила Оля. — Она и валиде науськает.

— Подумай, — сказал Али, одарив долгим взглядом. — Мы бы могли переодеть тебя в матроса. Айше за ночь справится, да, сестрица?

— Конечно. Пустяковое дело. Сегодня раскрою и… Думай, Алие.

— А если меня найдут?

— Тогда дела наши плохи, — вздохнул Али. — Но я готов рисковать. Готова ли ты?

Оля посмотрела на мужчину, и вдруг захотелось его обнять, но… евнух не спускал с них глаз.

— Рабыне пора вернуться в гарем, — сказал он.

— Да, но сначала я должна проводить гостей, — напомнила Оля.

После расставания с Али, нужно было срочно возвращаться во дворец. Махидевран уже, наверное, вся извелась в неведении, где так долго ходит Алие-хатун. Только бы не устроила скандал.

Госпожи на месте не оказалось. Служанка, которая приходилась нянькой шехзаде, сообщила, что Махидевран вместе с Айлой сейчас у валиде. Оля попыталась самостоятельно уйти к матери султана, но евнух не позволил. Он, словно тень, шёл следом, чем ужасно бесил. Ну никакой личной жизни с этими порядками! Как же надоело! Скорей бы домой! В жаркий Сочи, в прохладу библиотеки, где щебет подружек. Оля представила своё рабочее место, множество книг, разношёрстных посетителей и… пиццу. Несмотря на отравление, она не разлюбила этот продукт. Скорее, наоборот, желала его, как никогда прежде.

— Явилась?! — язвительным тоном встретила девушку Махидевран. — Где ты пропадала так долго?

— Я гуляла с Айше, и нас позвал повелитель, а потом…

— Хватит, — остановила властным жестом валиде. — Объясняться будете в другом месте. Сейчас важно не это. Мой дорогой сын решил осчастливить ещё одну рабыню. То есть у нас будет две свадьбы!

— Эм-м… здорово, — сказала Оля, не зная, как реагировать.

Судя по лицу валиде, это хорошая новость, а судя по Махидевран… хотя она мало чем бывала довольна.

— Вам уже известны имена счастливиц? — спросила хасеки.

— Назлы-калфа. Я давно присматривала ей жениха, и вдруг меня посетила интересная мысль. Этот Али, торговец тканями… неплохой вроде человек, а до сих пор одинок. Я узнала от Айше. Хорошая будет пара, ин ша Аллах.

— Ин ша Аллах, — вяло повторила Махидевран.

А у Оли бешено заколотилось сердце. Особенно после следующих слов хасеки:

— Если для калфы торговец тканями, то… кто же другая невеста?

— Наверняка кто-то из бывших фавориток сына. Жаль, не Хюррем.

Хюррем! Она же просила зайти. А Оля вдруг перепугалась. Что она ей скажет? Упадёт в ноги и будет умолять поменять её местами с некоей Назлы? Не сделает ли Оля этим хуже себе? И Али.

— Валиде, госпожа, разрешите идти. Я скоро в обморок от голода упаду, — выражая максимальную степень почтения, взмолилась Оля.

— Потерпишь, — фыркнула Махидевран.

— Иди, — отпустила валиде.

Улыбнувшись, Оля юркнула за дверь. Плотно закрыв её, шепнула евнуху:

— Отведи меня к Хюррем-султан. Немедленно!

Тот без лишних вопросов выполнил приказ. Комната Хюррем-султан выглядела так, как и представляла себе Оля. Покои госпожи, как и других членов династии, отражали статус и власть султана. Богатое внутреннее убранство сочетало изысканные ткани, мрамор. Украшенная инкрустацией и обивкой мебель из дорогих пород дерева, шторы, ковры, подушки и покрывала с золочёными вышивками. Статус и вкус владелицы подчёркивали вазы, статуэтки, зеркала и картины.