Книга Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника, страница 63 – Диана Фурсова

— Ровену под охрану. Без шума.

Север поклонился.

Лика посмотрела на шкатулку.

— А это?

Управляющий заметно напрягся.

— Дневник леди Элианны. Личная печать ослабла после ритуала у камня. Я не открывал.

Каэль взял шкатулку тоже, но на этот раз сразу передал Лике.

Она не ожидала. Пальцы сомкнулись на холодном дереве, и внутри что-то сжалось.

— Вы отдаёте его мне?

— Читать будем вместе, — сказал он. — Но открыть должны вы.

Север исчез за дверью, оставив их вдвоём с папкой, шкатулкой и тишиной, в которой уже нельзя было спрятаться за привычные обвинения.

Лика поставила шкатулку на стол. На крышке сияла тонкая печать в форме крыла Альвардов. Когда она коснулась её, знак на запястье отозвался теплом. Щелчок был едва слышным, но для Лики он прозвучал громче родового камня.

Внутри лежал дневник в тёмной обложке и тонкий серебряный ключ.

Каэль развернул первую бумагу из папки. Его лицо изменилось уже на второй строке.

— Что там? — спросила Лика.

Он медленно положил лист на стол так, чтобы она могла видеть. Буквы всё ещё не всегда давались легко, но теперь память тела помогала быстрее. Она прочла подпись внизу первой.

Вейран.

А потом несколько строк над ней.

«Леди Элианна Альвард обязуется принять временный брачный союз с домом Драгомир и обеспечить доступ Совета к сведениям о состоянии наследника. В случае отказа дом Альвард лишается защиты и права на восстановление северных владений. В случае раскрытия условий соглашения вина за любые последствия будет возложена на неё лично».

Лика подняла глаза.

— Её шантажировали.

Каэль взял другой лист. Потом третий. С каждым его лицо становилось всё более неподвижным.

— Здесь отчёты Вейрану, — сказал он. — Не о моих войсках. Не о родовом огне. Об Ардене. Когда спит. Когда говорит. Чего боится. Какие комнаты избегает.

Лика почувствовала, как к горлу подкатила тошнота от отвращения, но заставила себя дышать ровно.

— Элианна писала?

— Почерк не её.

— Кто?

Каэль сравнил листы, потом вытащил из папки короткое распоряжение по дому. Подпись была аккуратной, округлой.

— Ровена.

Имя легло между ними, как доказательство.

Лика открыла дневник.

Первые страницы были сухими, почти деловыми. Элианна писала коротко, но не рублено: о приезде в Северный замок, о холодном приёме, о том, что лорд Драгомир не скрывает равнодушия и это даже лучше, потому что от неё требуют не чувств. Потом записи становились неровнее.

Лика листала осторожно, пока взгляд не зацепился за дату, близкую к той самой ночи.

«Мальчик снова спрятался, когда я вошла. Ровена сказала, что это упрямство, но я видела не упрямство. Он боится не меня, а того, что ему говорят моим голосом. Сегодня он спросил, правда ли я могу закрыть дверь к его матери. Я никогда не говорила ему этого. Кто-то приходит раньше меня».

Лика прочитала вслух.

Каэль не двинулся.

Она перевернула страницу.

«Вейран требует завершить метку в детской. Говорит, иначе Совет заберёт Ардена, а Каэль обвинит меня в попытке скрыть происшествие. Я не понимаю, как они получили его печать. Ровена уверяет, что приказ настоящий. Мальчик смотрит на меня так, будто я уже стала чудовищем из его сна. Если я откажусь, они всё равно сделают это. Если соглашусь — вина останется на мне».

Лика почувствовала, как пальцы похолодели.