Книга Хозяйка игрушечной мануфактуры, страница 84 – Фиона Сталь

Я перечитала строку про развод.

— Он обещает развод, — сказала я тихо.

— Он сейчас пообещает луну с неба, чтобы спасти свою шкуру, — фыркнул Роланд. — Как только он окажется на свободе, он забудет свои клятвы!

— Но если я заставлю его подписать бумаги там, при свидетелях? При тебе?

— Ты хочешь торговаться с бандитами?

— Я хочу торговаться с Артуром. Я дам ему шанс откупиться. Но взамен я хочу свободу. Полную и безоговорочную.

Роланд остановился напротив меня.

— Ты понимаешь, что они могут взять тебя в заложники вместо него? Ты для них — кошелек. И моя слабость!

— Роланд, даже не пробуй меня отговорить… Я не смогу жить спокойно, зная, что обрекла человека на инвалидность или смерть!

— Чëрт, Эмилия, ты невыносима!

Он смотрел на меня долгую минуту. Я видела, как в нем борются желание запереть меня в башне и уважение к моей решимости.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Ты пойдешь. Но на моих условиях.

Он подошел к столу, достал карту города и разложил её поверх книг.

— Смотри. Кафе «У якоря». Вот здесь, в тупике. Один вход, один черный выход. Окна узкие. Идеальное место для засады.

— И что мы сделаем?

— Мы сделаем свою засаду. Я пошлю людей заранее. Они займут столики под видом пьяных матросов. И я пойду с тобой.

— Ты не можешь пойти как герцог, — заметила я. — Они испугаются и убегут. Или начнут стрелять.

— Я пойду как... скажем, твой управляющий. Или помощник.

— Они знают, кто ты и как выглядишь. В первом письме было сказано: «Если придете с герцогом...»

— Значит, я буду невидимкой. Я буду сидеть в углу, в тени, в надвинутой шляпе. И молиться, чтобы у меня не дернулась рука пристрелить их всех. Или так, или ты не идëшь вообще! Точка.

— Договорились, — я вздохнула, покорно опустив голову.

Мы начали готовиться. Роланд проверял оружие — свое и своих людей. Я выбирала одежду. Никаких платьев. Брюки, да простят меня приличия, и плотный сюртук, под который можно спрятать оружие.

— Возьми это, — Роланд протянул мне маленький, изящный дамский пистолет с перламутровой рукояткой. — Дерринджер. Два выстрела. Только в упор.

Я взяла холодное оружие. Оно было тяжелее, чем казалось.

— Я никогда не стреляла.

— Надеюсь, и не придется. Но если кто-то подойдет ближе чем на шаг... целься в живот. И жми.

Вечер перед встречей был наполнен тягучим страхом. Лотти чувствовала моë напряжение. Она капризничала, не хотела есть.

— Мама, ты уходишь? — спросила она, когда я укладывала её спать.

— Завтра, милая. По делам.

— К папе?

Я замерла. Откуда она знает?

— Почему ты так решила?

— Я слышала, как Марта говорила Джеймсу. Что папа попал к плохим людям.

Я вздохнула, садясь на край кровати.

— Да, Лотти. Папа попал в беду. И я должна попробовать ему помочь.

— Потому что мы семья? — спросила она серьезно.

— Потому что... потому что нельзя бросать человека в беде. Даже если он был неправ.

— А дядя Дракон пойдет с тобой?

— Да.

— Тогда я не боюсь, — она закрыла глаза. — Дракон всех победит.

Я поцеловала её и вышла, оставив дверь приоткрытой.

Роланд ждал меня в гостиной. Он сидел у погасшего камина, вертя в руках стакан с янтарной жидкостью.

— Ты готова? — спросил он, не поднимая глаз.

— Нет, — честно ответила я. — Мне страшно.

— Это нормально. Только дураки не боятся.

Я села рядом с ним на диван.