Книга Княжич темного времени, страница 67 – Фиона Сталь, Саша Хэ

Гордей хмыкнул, одобрительно глядя на Дуняшу:

— Девка огонь! Если плакать не будет и ныть — пригодится. Лекарства, еда — дело важное.

Я взглянул на Алру. Она кивнула, почти незаметно.

— Путь… долгий. Травы… нужны будут. Знания… местные… помогут.

— Хорошо, — сказал я, глядя Дуняше прямо в глаза. — Поедешь. Помощницей к знахарю. Но слушаться Гордея во всем! Как прикажет! Поняла?

— Четко, княжич! — ее лицо расплылось в сияющей улыбке, которая осветила всю горницу. Она была прекрасна в своей решимости.

И тут Алра шагнула вперед. Спокойно. Твердо.

— И я еду, — заявила она. Голос был тихим, но в нем не осталось места для возражений. — Тропы… я знаю. Знаки… понимаю. Земля… будет говорить со мной. Без меня… заблудятся. Или… найдут беду. Шаман… может знать про путь. Чувствовать… если близко. Моя магия… щит. Или предупреждение. Я еду.

Гордей замер, оценивающе глядя на нее. Дуняшина улыбка потухла, сменившись сложным выражением — смесью понимания необходимости и… легкой горечи. Я чувствовал вес её решения. Без Алры риск заблудиться или попасть в ловушку шамана был велик. Но вести двух таких разных женщин в опасный поход… это был новый уровень сложности.

— Хорошо, — согласился я, подавляя вздох. — Едешь. Как проводник и… маг-разведчик. Гордей — командир. Дуняша — помощник знахаря. Отряд — десять человек. Через три дня. На рассвете.

Гордей кивнул и вышел, бормоча про снаряжение и выбор людей. Дуняша, бросив на меня еще один сияющий взгляд, схватила поднос и выбежала, видимо, чтобы немедленно начать готовить травы и бинты. Остались я и Алра. Она свернула драгоценный свиток, косясь на медальон под моей рубахой.

В дверях возникла Мавра. Она наблюдала за уходом Дуняши, потом перевела острый, все понимающий взгляд на меня, на Алру, на свиток в ее руках. Ее тонкие губы тронула едва уловимая усмешка. Она подошла совсем близко, ее шепот был сухим и колючим:

— Три женщины, княжич. Одна — с огнем в душе и травами в корзинке. Другая — с рогами, магией и старыми картами. А я тут… с мудростью задним числом. И все — в одном котле, угодить тебе пытаются. — Она покачала головой, и в ее черных глазах заплясали искорки древнего, едкого юмора. — Звезды на небе… они сегодня точно смеются над твоим… выбором. Или проверяют на прочность. Спину береги. И не только от врагов. От взглядов тоже уставать будешь. Гаремная доля… — она цокнула языком с преувеличенным сочувствием и, развернувшись, поплыла прочь, оставив меня в горнице с Алрой и свитком.

Я замер. Ее слова, такие точные и язвительные, ударили в самую точку. Женщины. Алра — загадочная, ценная, необходимая, но чужая, с ее магией и нефритовой угрозой шамана. Дуняша — преданная, внезапно отважная, родная душой, но хрупкая в этом диком мире. И Мавра — острый ум и леденящее знание в тылу. Каждая — незаменима. Каждая — потенциальная мишень и причина конфликта. Талисман Алры под рубахой вдруг показался тяжелее свинца, а его тепло — почти обжигающим. Экспедиция на север за спасением удела превращалась в минное поле личных отношений и магнетической силы Алры. Я сжал свиток в руках, чувствуя, как тяжесть гаремной динамики, о которой так издевательски сказала Мавра, ложится на плечи новой, неожиданной ношей. Путь по Древним Тропам обещал быть долгим. И не только из-за дикого леса.