Книга Княжич темного времени, страница 65 – Фиона Сталь, Саша Хэ

Я почувствовал, как напряжение спадает. Новый порядок устанавливался. Колонны старого рухнули. Новые опоры были поставлены. Но тяжесть их была огромна.

Спускаясь с помоста, я увидел Марену. Она стояла в тени терема, ее плащ сливался с серым камнем. Она не аплодировала. Не улыбалась. Ее черные глаза смотрели на меня с тем же древним знанием.

— Молодец, княжич, — проскрипела она, когда я поравнялся с ней. — Колонны повалил. Красиво. — Она сделала паузу, и ее голос стал ледяным. — Но помни: сломав трость, на которую опирался, пусть и гнилую, стал виден всем. И врагам тоже. Теперь… теперь бей не в грудь. В спину. Гады из тени любят кусать. Береги спину. И тех, кто за нее встанет.

Ее слова ошеломили меня. Она видела дальше триумфа. Видела месть Сиволапа, козни Варлама в изгнании, темную магию нефритовой бусины. Я кивнул, не находя слов. Она была права. Победа открыла новые фронты.

В горнице, куда я удалился, чтобы перевести дух, царила тишина. Усталость навалилась, как свинцовый плащ. Я скинул тяжелый кафтан, сел за стол, закрыв глаза. Шаги. Легкие, почти неслышные. Алра. Она подошла, все еще бледная, но собранная. Ее золотистые глаза изучали мое лицо.

— Устал… — прошептала она. Не вопрос. Констатация.

— Да, — ответил я, не открывая глаз. — Строить всегда тяжелее, чем ломать.

— Путь вперед… трудный, — она сделала шаг ближе. — Темные нити… сплетаются. Шаман… Сиволап… Варлам… — Она протянула руку. На ладони лежал маленький предмет. Не камень. Не металл. Казалось, кусочек темного, полированного дерева, теплого на вид. По форме — как стилизованное крыло летучей мыши или стрекозы. На нем были вырезаны тончайшие, едва заметные узоры, переплетающиеся в странный, гипнотический рисунок. От него исходило едва уловимое тепло и слабое, очень знакомое ощущение — эхо ее магии, той самой, что связывала язык Варлама.

— Возьми, — сказала она тихо. — Талисман. Мой… дар. Для пути вперед. Для защиты спины. Чувствует ложь. Чувствует… злой умысел близко. Теплеет… или холодеет. Смотри. Доверяй ему. Как… как мне.

Я взял талисман. Дерево было на удивление теплым, почти живым под пальцами. Узоры казались движущимися при взгляде под углом. От него исходила легкая вибрация, успокаивающая и настороженная одновременно. Этот маленький предмет вмещал в себя частицу ее силы, ее защиты, ее… доверия?

— Алра… — я поднял на нее глаза. — Зачем? Это же… часть тебя. Твои силы еще не восстановились.

— Силы вернутся, — она покачала головой, и в ее глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли упрямство, то ли тревога за меня. — Твой путь… важнее. Темные нити сходятся. Шаман близко. Сиволап ушел… но не сдался. Этот… поможет. Немного. — Она отвернулась, как будто смутившись собственного жеста. — Носи. Не теряй. Подарок.

Она быстро вышла, оставив меня с теплым кусочком дерева в руке и вихрем мыслей. Что значил этот дар? Жест доверия? Попытка защитить меня ценой собственных сил? Или что-то большее? Что-то связанное с той странной связью, что тянулась между нами с момента встречи? Я сжимал талисман, чувствуя его пульсирующее тепло и думая о темных нитях, сплетающихся где-то в тени, о спине, которую надо беречь, и о глазах двух женщин, чьи взгляды волновали сердце сильнее любой надвигающейся бури. Путь вперед действительно был трудным. Но теперь у меня был странный, теплый компас в руке. Осталось научиться им пользоваться.